Фамилия Мутюхов — самобытный памятник славянской культуры, и её происхождение уводит нас в мир прозвищ, которые на Руси веками заменяли людям официальные имена. В основе фамилии лежит личное прозвище Мутюх, и вокруг него сложилось несколько версий, ни одна из которых не является бесспорной.

Первая и наиболее вероятная гипотеза связывает прозвище Мутюх с глаголом «муташиться», то есть «теряться, сбиваться с толку», «мерещиться». В этом случае именование отражало особенности характера: так могли назвать рассеянного, невнимательного человека, который вечно путается в делах или витает в облаках. Прозвище закреплялось за ним как наиболее употребительное именование, а со временем легло в основу фамилии: потомок человека по прозвищу Мутюх стал писаться Мутюховым.

Существует и альтернативная версия, согласно которой фамилия Мутюхов — фонетический вариант фамилии Мутухов. Здесь корень иной: имя Мутук возводят к древнетюркскому нарицательному «мут» со значением «надежда, счастье». В этом случае перед нами не характеристика человека, а доброе пожелание, имя-оберег, которое должно было принести своему носителю удачу. Сравнение двух версий показывает, что первая выглядит правдоподобнее: она опирается на живую разговорную лексику северных говоров, где слово «муташиться» действительно бытовало. Тюркская гипотеза интересна, но менее убедительна, поскольку требует допущения о переходе «у» в «ю», что встречается реже.

Сама модель образования фамилии типична для русской ономастики: суффикс -ов присоединялся к прозвищу отца, превращая его в родовое имя. Такой способ именования окончательно закрепился в XV–XVII веках, когда фамилии перестали быть привилегией знати и начали распространяться среди крестьян и посадских людей. Однако процесс формирования каждой отдельной фамилии мог быть длительным и не всегда имел привязку только к одной местности, поэтому окончательно говорить о точном времени и месте происхождения фамилии Мутюхов можно лишь на основании серьезных генеалогических исследований. В документах она встречается редко, что говорит о её локальном, возможно, северорусском происхождении, но подтвердить это можно только архивными изысканиями.