Фамилия Надсадин происходит от прозвища Надсада. В основе лежит прилагательное «надсадный» — трудный, тяжкий, непосильный, надможный. Такое прозвище мог получить человек, занятый изнурительным физическим трудом, или тот, кто прославился способностью работать на пределе сил. Это самая прямая и правдоподобная версия.

Существует и другое объяснение, менее очевидное. Прозвище Надсада можно разобрать как сочетание предлога-приставки «над» и существительного «сад». В этом случае оно указывало бы на место жительства: человек, живший на возвышенности над садом, получал имя по своему двору. Версия допустимая, но слабее первой: прозвища по месту жительства обычно образовывались от названий деревень или урочищ, а не от простого расположения дома. Скорее всего, перед нами именно прозвище по характеру труда или физической особенности.

Словообразовательная модель проста: к основе Надсад- добавлен патронимический суффикс -ин, который указывает на принадлежность. Фамилия Надсадин буквально означает «сын Надсады», как и фамилии типа Смирнов или Путятин. Суффикс -ин в русских фамилиях закрепился за основами, оканчивающимися на -а, -я, поэтому форма «Надсадин» выглядит естественно и архаично, в отличие от более поздней формы «Надсадов».

Интересно, что слово «надсада» в русских говорах имело и конкретное значение — надрыв, повреждение от чрезмерного напряжения. В диалектах «надсадиться» означало «поранить себя, поднимая тяжесть». Поэтому прозвище Надсада могло закрепиться за человеком, который однажды надорвался на работе, или за тем, кто постоянно жаловался на ломоту в спине. Такие бытовые прозвища часто возникали в крестьянской среде, где физическое перенапряжение было обычным делом, а меткое слово быстро прилипало к человеку.

В документах фамилия Надсадин встречается редко, что говорит о её локальном происхождении. Скорее всего, она возникла в северорусских или сибирских говорах, где слово «надсада» было в активном употреблении. Потомки того самого Надсады, который либо надрывался на пашне, либо жил на пригорке над садом, со временем разошлись по стране, но сохранили в фамилии память о прозвище предка.