Фамилия Напоркина — женская форма фамилии Напоркин, и её происхождение стоит искать не в очевидном слове «напор», а в диалектной лексике северо-запада России. Основа фамилии — слово «напорок», которое в псковских и тверских говорах означало «напрасный, пустой человек», «бездельник» или «негодник». В словаре Даля зафиксирован глагол «напортить» в значении «сделать много плохого», но именно существительное «напорок» (вариант — «напорко») бытовало как прозвище для нерадивого или вздорного человека. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Напоркин — буквально «сын или потомок Напорка», то есть человека, получившего такое прозвище.

Модель образования фамилии типична для северных и центральных губерний России: прозвищная основа на -о/-а плюс притяжательный суффикс -ин. В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые чаще образовывались от названий профессий или крестильных имён, формы на -ин нередко закрепляли бытовую характеристику человека. В данном случае прозвище Напорок могло закрепиться за крестьянином, которого в деревне считали пустым или вздорным, — не обязательно обидное, скорее насмешливое, как многие деревенские прозвища.

Встречаемость фамилии Напоркина (и Напоркин) крайне редкая. Основные очаги — Псковская и Тверская области, что подтверждает диалектную привязку. Встречаются единичные записи в Новгородской и Ленинградской областях. По данным переписей XIX века, носители фамилии числились среди государственных крестьян, то есть не были крепостными — это объясняет, почему фамилия могла закрепиться раньше, чем у помещичьих крестьян.

В некоторых случаях нельзя исключать и другую, маловероятную версию: отчество от имени Напор, которое могло быть сокращённой формой канонического имени Порфирий (через вариант «Напорфир»). Но эта гипотеза слабая: в ономастических справочниках (например, у Б. Унбегауна) нет подтверждений бытования такого сокращения, в отличие от очевидной диалектной основы «напорок». Поэтому основная версия — прозвищная, с псковским или тверским говорным корнем.

Фамилия Напоркина — редкий пример, когда негативное по смыслу прозвище стало фамилией без смягчения, напрямую. В русской ономастике такие «прямые» прозвища (вроде Глухов, Злобин) не редкость, но в случае с Напоркиным интересна именно узкая региональная привязка: за пределами Псковщины и Тверской земли слово «напорок» было почти неизвестно.