Фамилия Натолока звучит как застывшее прозвище, и ее значение напрямую связано с глаголом «натолочь». В старом русском языке это слово означало «набивать, насовывать, укладывать тесно, битком». Отсюда и главная версия происхождения: прозвище Натолока могли дать человеку, который делал что-то небрежно, наспех, «натолок» вещи в кучу, не заботясь о порядке. Скорее всего, за таким прозвищем стоял неаккуратный, нерасторопный или неопрятный человек, а иногда и ленивый работник, который лишь создавал видимость труда.

Словообразовательная модель здесь простая и древняя: основа глагола «натолочь» без типичного для фамилий суффикса. Перед нами не притяжательное прилагательное на -ов или -ин, а субстантивированное прозвище, которое само стало фамилией. Это редкий случай, когда прозвище закрепилось в неизменной форме, без добавления патронимического суффикса. Такие фамилии чаще встречались на севере и в центральной России, где прозвищная традиция была сильнее, чем на юге.

Интересно, что глагол «натолочь» имел и другое, более конкретное значение — истолочь что-то в большом количестве, например зерно в ступе. Поэтому не стоит исключать и профессиональную версию: Натолокой могли в насмешку называть мельника или толчельщика, чья работа была пыльной и шумной. Однако эта гипотеза менее правдоподобна: в прозвищах чаще отражались черты характера или поведения, а не род занятий, если только он не был чем-то примечателен.

В написании фамилии нет ничего необычного, но ударение может падать как на второй, так и на третий слог — Натолока или Натолока. Второй вариант ближе к исходному глаголу «натолочь», поэтому он кажется более естественным, хотя в разных регионах произношение могло различаться.

Фамилия редкая, и это объяснимо: прозвища с отрицательной окраской закреплялись реже, чем нейтральные или хвалебные. Люди стремились избавиться от неблагозвучного имени, особенно когда фамилии становились официальными. Тем не менее, потомки Натолоки сохранили память о предке, который, судя по всему, не отличался расторопностью и аккуратностью. Впрочем, не исключено, что прозвище давали с иронией — человеку, который, наоборот, был чрезмерно усерден и «натолок» слишком много, чем вызывал улыбку окружающих.