Фамилия Натрусный звучит непривычно, и первое желание — поискать в ней иноязычные корни или искажённое имя. Но разгадка лежит в старом русском бытовом слове, и она проще и интереснее, чем кажется.

В основе фамилии лежит прозвище Натрусный, которое восходит к нарицательному «натруска». Так в старину называли сосуд или приспособление, из которого что-то трясли: порох насыпали на полку старинного ружья, зерно — на жернова. Слово это образовано от глагола «натрусить», то есть насыпать, просыпая, тряся. Человек, получивший такое прозвище, был либо оружейником, умевшим обращаться с пороховой натруской, либо мельником, работавшим с зерном. Вторая версия даже правдоподобнее: на мельнице натруска была повседневным инструментом, а оружейное дело было ремеслом более узким и редким.

Сама фамилия построена по классической модели: к основе добавили суффикс -н-, а затем типичное окончание -ый. Так из прозвища, описывавшего занятие человека, получилось прилагательное, которое закрепилось за его потомками. Подобным образом возникали фамилии, отвечавшие на вопрос «чей?» или «какой?», и Натрусный в этом ряду стоит рядом с такими же «профессиональными» фамилиями, как Мельников, Пушкарев или Зернов, но сохранил более архаичную форму — не отыменную, а прямо от названия инструмента.

Интересно, что слово «натруска» почти вышло из употребления вместе с кремнёвыми ружьями и ручными мельницами. Фамилия же, как часто бывает, законсервировала его на века. Теперь она — живая память о предке, который, скорее всего, был мастеровым человеком, чья работа требовала точности и сноровки: вовремя отсыпать порох, не просыпав лишнего, или аккуратно подсыпать зерно под жернов. В написании фамилии нет ничего необычного, она сохранила исходную форму прозвища, и это делает её прозрачной для этимолога, но загадочной для непосвящённого.

Данных о широкой географии фамилии или о каких-либо известных исторических носителях нет — она редкая и локальная. Но это не умаляет её ценности: такие фамилии, как Натрусный, — лучший источник сведений о повседневной жизни простых людей, о тех ремёслах и орудиях труда, которые сегодня забыты.