Фамилия Недрыгаелов — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано с негативной, но очень конкретной бытовой характеристикой. Её основа — глагол «дрыгать» (дёргать, трясти, биться в конвульсиях) с отрицательной частицей «не». Получается «Недрыгай» — человек, который не дрыгается, то есть медлительный, вялый, возможно, флегматичный или даже ленивый. В народе таких называли «недрыга», «недрыгало» — это прямое указание на отсутствие живости и подвижности.

Словообразовательная модель здесь простая: прозвище Недрыгай (или Недрыгало) плюс типичный русский патронимический суффикс -ов. Фамилия отвечает на вопрос «чей сын?» — сын Недрыгая. Окончание -ев, а не -ов, объясняется тем, что основа оканчивается на мягкий или шипящий звук (дрыгай). Это стандартное правило русской орфографии.

В отличие от многих фамилий, где идёт спор между прозвищным и топонимическим происхождением, здесь всё прозрачно. Географических названий, похожих на «Недрыгаелово» или «Недрыгай», в известных справочниках нет. Версия о происхождении от некоего «дрыга» как инструмента или части тела маловероятна: «дрыгать» в говорах означало именно судорожные движения, а «недрыга» — устойчивое прозвище для медлительного человека. Ономастические словари (например, работы Б. Унбегауна) относят такие фамилии к группе «характеристических» прозвищ, которые давали без злого умысла, по заметной черте поведения.

Социальный состав носителей, скорее всего, был крестьянским или мещанским. Фамилия не встречается среди дворянских родов, не имеет «княжеских» суффиксов (-ский). Это фамилия-прозвище, которая закрепилась за конкретным человеком в XVI–XVII веках, когда на Руси активно шёл процесс фиксации уличных имён в качестве наследственных.

Уникальность Недрыгаелова в том, что в русском языке есть несколько однокоренных фамилий (Дрыгалов, Дрыгаев, Задрыгин), но именно с отрицанием «не» — большая редкость. Это подчёркивает, что прозвище давали не просто так, а как контраст к более активным соседям. Сегодня фамилия встречается крайне редко, в основном в центральных и южных областях России, что подтверждает её локальное, а не массовое происхождение.