Фамилия Нехарошая звучит как застывшее в паспорте прозвище. Её основа — прилагательное «нехорошая» в женском роде. Сразу бросается в глаза, что фамилия стоит не в типичной для русской ономастики форме притяжательного прилагательного (Нехорошев, Нехорошин), а в краткой, именной. Это характерно для так называемых «прозвищных» фамилий, которые давались без добавления суффикса и закрепились в быту напрямую. Скорее всего, перед нами украинская или белорусская модель фамилии, где женский род не указывает на пол носителя — так могли записать и мужчину, и женщину. В русских говорах подобные фамилии с окончанием -ая чаще встречаются на юге и западе.

Смысл прозвища «Нехорошая» не стоит понимать буквально. В народной среде «нехорошим» могли назвать человека с дурным глазом, сварливого, неуживчивого, либо того, кто занимался нечистым делом — знахарством или колдовством. Но есть и другая версия: имя-оберег. Наши предки верили, что если назвать ребёнка «нехорошим», злые духи не позарятся на него и не навредят. Так «Нехороший» или «Нехорошая» становилось охранительным именем, которое должно было обмануть судьбу. Подобная практика широко известна: Злоба, Некрас, Нелюб.

Фамилия редкая. Встречается в единичных записях, в основном на территории современной Украины (особенно в Черниговской и Сумской областях) и в приграничных районах России. В дореволюционных метрических книгах её могли записывать и как Нехорошая, и как Нехороша, в зависимости от местного говора. Судя по географии, предки носителя фамилии — скорее всего, крестьяне или казаки, а не дворяне: прозвищные фамилии без суффиксов редко встречались в высших сословиях.

Словообразовательный разбор прост: корень «хорош-», отрицательная приставка «не-», окончание «-ая». Аналогов среди фамилий немного, но есть однокоренные: Нехорошев (самая распространённая форма), Нехорошков, Нехороших. Последняя, с окончанием -их, типична для севера России и Сибири. Фамилия Нехарошая стоит особняком: она сохранила архаичную форму прямого прозвища, не переделанного под стандартный суффиксальный шаблон. Это и делает её ценной для историка языка — в ней, как в капле, отразился живой народный способ называть человека.