Фамилия Нетудыхата звучит необычно даже для казачьих фамилий, где прозвища нередко превращались в родовые имена. Её основа — прозвище Нетудыхата, а само слово строится просто и наглядно: отрицательная частица «не», наречие «туда» и существительное «хата». Получается «не туда хата», то есть дом стоит не там, где нужно.

В казачьей среде прозвище давали по индивидуальным признакам человека: внешности, манере поведения, внутренним качествам. Нетудыхата — не исключение. Скорее всего, так закрепилось за человеком, который поставил хату в неудачном месте: неудобно, на отшибе, в низине или там, где соседи не одобряли. Соседи могли посмеиваться: «у него не туда хата», — и прозвище прилипало намертво.

Но есть и вторая версия, не менее живая. Нетудыхатой могли назвать того, кто постоянно пропадает по гостям, ходит к соседям и родне, а к себе домой заглядывает редко. Такой человек словно бы «не туда хата» — его дом пустует, а сам он вечно не у себя. Обе трактовки сходятся в одном: прозвище родилось из бытовой наблюдательности, из того, что бросалось в глаза окружающим.

Сама модель образования фамилии — без суффикса, чистым сложением основы — характерна для украинских и южнорусских говоров, где подобные прозвища нередко закреплялись как фамилии без изменений. Нетудыхата — это не переоформленное через -ов или -ин родовое имя, а застывшее прозвище в исходном виде. Такое встречается реже, чем стандартные фамилии на -ов/-ев, и потому сразу выделяет носителя среди других казачьих родов.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями вроде Нетудаха или Нетудин, то Нетудыхата стоит особняком: в ней не просто отрицание, а целая мини-фраза, описывающая ситуацию. Это делает фамилию почти рассказом в одном слове. Географически такие прозвища чаще всего встречались в землях Войска Донского и на Слобожанщине, где слово «хата» было обычным для жилья, а казачий быт располагал к метким прозвищам.

Точных сведений о конкретном первом носителе фамилии не сохранилось, и датировать её появление сложно. Но сам тип прозвища говорит о том, что возникло оно не в канцелярии, а в живой речи, среди своих, — и лишь потом закрепилось за потомками как фамилия.