Фамилия Обломиев образована от личного прозвища Обломий и принадлежит к распространённому типу русских фамилий, которые закрепились за потомками по мужской линии. Разбирая её, мы видим типичную модель: к основе, оканчивающейся на -й, добавили фамильный суффикс -ев, что дало форму «Обломиев». Такой способ словообразования характерен для прозвищ, где конечный звук [й] переходил в [ев], а не в более частотный -ов.

Смысл прозвища неоднозначен, и здесь стоит остановиться подробнее. Глагол «обломать» имел два бытовых значения. Первое — конкретное, трудовое: «ломая, отделить концы, крайние части чего-либо». В этом случае прозвище могло указывать на род занятий — рабочего, ремесленника или крестьянина, чья работа была связана с заготовкой леса, обработкой камня или строительством. Второе значение — переносное: «заставить кого-либо вести себя определенным образом, подчинив себе его волю, сломив упрямство». Тогда прозвище отражало характер предка — властного, влиятельного человека, которого трудно переспорить.

Но есть и более любопытная версия, связанная с народными поверьями. В старину словом «облом» нередко называли домового — духа дома в восточнославянской мифологии. Домового представляли по-разному: иногда как небольшого старика с лицом, заросшим белыми волосами, иногда как двойника хозяина дома. От его расположения зависело здоровье скота и благополучие семьи; считалось, что у него есть жена (домаха, домовичиха) и дети. Сходные представления о духах жилища бытовали у западных славян и других народов.

Исходя из этого, прозвище Обломий могло выполнять так называемую «охранительную» функцию, то есть служить оберегом. Родители, надеясь уберечь сына от сглаза или злых сил, могли намеренно дать ему имя, связанное с домовым, — чтобы дух принял ребёнка за своего и не вредил. В этом случае имя звучало как заклинание: назвали Обломим — значит, домовой будет считать его своим.

Какую из версий считать главной? Прямых письменных свидетельств о конкретном носителе прозвища у нас нет, поэтому точное место и время возникновения фамилии назвать сложно. Процесс формирования русских фамилий растянулся на столетия, и пик его пришёлся на XVI–XVII века, когда прозвища стали закрепляться за потомками. Скорее всего, Обломий — это либо прозвище по работе, либо охранительное имя, и обе версии имеют равное право на существование. Первая опирается на бытовую логику, вторая — на устойчивый пласт народных верований, который в ономастике часто объясняет появление необычных имён.

Фамилия Обломиев — редкий памятник славянской культуры, в котором сплелись и трудовая жизнь, и мифология. Она сохранила для нас тот пласт языка, где грань между именем собственным и нарицательным была зыбкой: прозвище, данное при жизни, со временем превратилось в семейное имя, которое мы произносим сегодня, уже не задумываясь о его корнях.