Фамилия Огловлин — редкий случай, когда прозвище застыло в форме, неожиданной для русского уха. В ней нет суффикса -ов или -ин, который мы привыкли видеть в конце, но это не ошибка: перед нами одна из старых патронимических моделей, где притяжательный суффикс -лин присоединялся к основе, оканчивающейся на -л.

Основа фамилии — Огловл-. Скорее всего, это искажённое или диалектное «огловль» — форма, родственная слову «оголовль» или «оголовье». В говорах так называли часть конской упряжи: недоуздок, уздечку без удил или намордник для строптивой лошади. Человек мог получить прозвище Огловль за то, что делал такую сбрую, торговал ею или, в переносном смысле, за упрямый нрав — «держать в узде».

Вторая версия, менее вероятная, но имеющая право на существование: основа восходит к диалектному «оглов» — так в некоторых областях называли оглоблю, то есть жердь, которой запрягают лошадь. Прозвище Огловль тогда могло относиться к долговязому, нескладному человеку. Однако фонетика говорит против этого: от «оглобля» естественнее ждать форму Оглоблин, а не Огловлин.

Фамилия встречается крайне редко и имеет ярко выраженную географическую привязку к Центральной России, в частности к бывшим владимирским и рязанским землям. Там же фиксировались однокоренные фамилии Оглоблин, Оглоблев, Оглов. Разница в написании — Огловлин через «в» — могла возникнуть из-за местного произношения, где «б» перед «л» переходило в «в»: «огловля» вместо «оглобля». Это типичная черта северо-восточных говоров.

Социальный состав носителей фамилии, по сохранившимся данным XIX века, — в основном крестьяне и мещане. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано. Прозвище было сугубо бытовым, без книжной или церковной окраски.