Фамилия Оховы (мужской вариант — Охов) звучит почти как шутка, но за ней стоит вполне конкретное древнее прозвище. В основе фамилии — личное прозвище Ох, которое давали человеку, часто восклицавшему «ох!» — от боли, горести или тяжелых дум. Вторая версия отсылает к нарицательному «охи», то есть жалобы, сетования. Тогда прозвище Ох закреплялось за тем, кто постоянно жаловался на жизнь, охал и причитал.

Сама модель образования проста и типична для русских фамилий: к прозвищу Ох добавили патронимический суффикс -ов, и получилось «сын Оха». Такой способ использовали повсеместно, поэтому по одной только форме нельзя определить, из какого региона происходят Оховы. Но само прозвище — чисто русское, жившее в народной речи. Оханье было настолько привычным делом, что попало в пословицы: «Оханье тяжело, а вздыхание и того тяжелее», «Свое оханье в боку сидит, чужое — в стене», «Чужое горе оханьем пройдет».

Любопытно, что фамилия не прижилась в дворянской среде — она скорее крестьянская или мещанская. Прозвище Ох не несло ни хвалы, ни хулы, просто подмечало манеру поведения. В документах XVII–XVIII веков такие имена-характеристики встречались часто, но письменных свидетельств именно об Оховых сохранилось немного, поэтому говорить о точном месте и времени возникновения фамилии сложно. Процесс формирования фамилий был долгим, и Оховы могли появиться независимо в разных уголках России.

Сравните с однокоренными фамилиями: Оханов, Охин, Охрименко (от Охрим, народной формы Евфимия) — но Охов стоит особняком, потому что его основа не имя, а именно междометие. Таких «звуковых» фамилий немного: Ахов, Ахалов, Ойкин. Они сохранили для нас живую речь предков — ту, что слышалась в повседневных разговорах, а не в официальных бумагах. Так что фамилия Охов — это не просто родовое имя, а маленький памятник народной культуре, где даже вздох мог стать семейным прозвищем.