Фамилия Олехвер — одна из тех, что ломают шаблон «корень + суффикс» и заставляют задуматься о путях миграции слов. В ней нет привычного русского суффикса -ов или -ин, а значит, перед нами не патроним, а, скорее всего, фамилия-прозвище, застывшая в начальной форме. Само звучание выдает нерусское происхождение: сочетание «хв» и ударение на последний слог (Олехве́р) указывают на украинский или белорусский говор, где «хв» часто заменяет литературное «ф».

Скорее всего, в основе лежит личное имя Олехвер — вариант крестильного имени Елевферий (от греч. «свободный»). В народной речи это имя прошло через несколько ступеней упрощения: Елевферий → Левферий → Олехвер. Такая трансформация типична для юго-западных земель: украинцы и белорусы часто заменяли начальное «Е» на «О» (ср. Олена из Елена), а труднопроизносимое «вф» превращали в «хв». В результате имя, означавшее «свободный», превратилось в фамилию, которая буквально значит «сын (или потомок) Олехвера».

Вторая, менее распространенная версия связывает фамилию с диалектным словом «олехвер» — так в некоторых говорах называли неловкого или рассеянного человека. Но это объяснение слабее: во-первых, слово не зафиксировано в крупных диалектных словарях, во-вторых, фамилии от прозвищ обычно сохраняют ударение на корне, а здесь оно падает на конец. Поэтому антропонимическая версия — от имени — выглядит убедительнее.

Географически фамилия тяготеет к западу: чаще всего встречается в Хмельницкой, Житомирской и Ровенской областях Украины, а также в приграничных районах Беларуси. В России она редка и обычно принадлежит потомкам переселенцев конца XIX — начала XX века. Социальный состав носителей в прошлом — преимущественно крестьяне и мещане, так как имя Олехвер не было дворянским и не попадало в высшие сословия.

Интересно, что фамилия сохранила архаичное написание без суффикса, что делает её «говорящей» для этимолога: она не обросла типовыми окончаниями, а осталась почти такой же, какой была в устной речи триста лет назад. Это редкий случай, когда фамилия — не производная, а прямое свидетельство того, как имя переходило из святцев в быт.