Фамилия Ошуков — редкий пример того, как одно прозвище породило сразу две совершенно разные версии происхождения, и обе имеют право на существование. Если отталкиваться от самого прямого и очевидного пути, то в основе лежит прозвище Ошук, образованное от глагола «ошукать». Владимир Даль в «Толковом словаре живого великорусского языка» определяет его значение как «провести, обмануть, надуть». Логика тут простая: Ошуком в народе могли называть либо ловкого плута и мошенника, либо, что встречается реже, но тоже бывает, чрезмерно доверчивого простака, которого легко ошукать.

Вторая версия уводит в сторону диалектов и крестильных имен. Согласно ей, Ошук — это народная, обиходная форма канонического имени Осип (Иосиф). Имя древнееврейское, и переводится оно как «божья награда». Такое переосмысление не редкость: в старину имена в быту часто искажались до неузнаваемости, и Ошук вполне мог закрепиться за человеком по имени Осип. Однако эта гипотеза выглядит менее вероятной: слишком уж созвучна фамилия с глаголом, имеющим яркую отрицательную окраску, а прозвища на Руси часто давались по характеру или поведению.

Сам суффикс -ов указывает на классическую модель русских фамилий: так называемое «патронимическое» окончание, отвечающее на вопрос «чей?». То есть Ошуков буквально означает «сын Ошука», потомок человека с таким прозвищем. Фамилия закрепилась за родом, когда прозвище перестало быть личной характеристикой и стало наследственным именем семьи.

Любопытная деталь: в «Ономастиконе» академика Степана Веселовского упоминается Ошук Агапитов, подьячий из Новгорода, датированный 1595 годом. Это одна из самых ранних документальных фиксаций, и она дает нам важную привязку. Если этот человек действительно является родоначальником фамилии, то мы можем говорить о новгородском происхождении рода и о том, что предки Ошуковых были людьми служилыми, приказными — подьячие в XVI веке были грамотными и довольно заметными фигурами в местной администрации. Впрочем, это лишь предположение: однофамильцы могли возникать в разных местах независимо друг от друга.

Итоговая картина складывается из двух пластов. С одной стороны, фамилия могла отражать прозвище, данное за хитрость или, наоборот, за простодушие. С другой — она могла быть просто производной от имени Осип, что делает ее «тихой» и нейтральной. Какая из версий ближе к истине для конкретной семьи, сегодня сказать сложно, но обе они — живые свидетельства того, как русский язык и народная традиция создавали фамилии из всего, что попадалось под руку: из характера, из имени, из профессии.