Фамилия Палханова — редкий случай, когда в основе лежит не имя и не профессия, а живое меткое прозвище, данное по характеру. Исходное слово — чувашское «палхан», что означает «мутиться (о жидкости), двигаться в суматохе, волноваться». Согласитесь, образ точный: человек, который не сидит на месте, вокруг которого всегда кипит жизнь, который вечно в хлопотах и переживаниях.

Отсюда и первая, самая правдоподобная версия происхождения: предок получил прозвище Палхан за свой беспокойный, хлопотливый нрав. Его называли так, как в русских деревнях называли «ершу» или «непоседе» — по главному внешнему проявлению характера. Потомки этого человека, жившие уже в эпоху, когда фамилии становились обязательными, унаследовали отчество-прозвище в форме притяжательного прилагательного: Палханов сын, а затем и просто Палханов. Женская форма Палханова указывает либо на жену, либо на дочь носителя мужской фамилии.

Интересно, что слово «палхан» в чувашском языке описывает не просто волнение, а именно физическое движение в мутной среде — взбаламученную воду, поднятую со дна муть. Перенос на человека даёт оттенок не суеты ради суеты, а деятельности, которая «поднимает волну» вокруг себя. Такой предок, вероятно, был заводилой, организатором или человеком, чьи эмоции всегда были на поверхности. Впрочем, нельзя исключать и иронию: прозвище могли дать и тому, кто вечно суетился без видимого результата, как мутит воду мужик, переходящий брод.

Словообразовательная модель проста и типична для русского ономастикона: основа Палхан- плюс фамильный суффикс -ов, который в данном случае присоединился к основе, оканчивающейся на твёрдый согласный. Это указывает на то, что фамилия закрепилась в русскоязычной среде, хотя корень её — тюркский (чувашский). Подобное смешение характерно для Поволжья, где веками рядом жили русские и чуваши, и прозвища свободно переходили из одного языка в другой.

Встречается и более редкая трактовка, связывающая основу с диалектным русским глаголом «палхать» — «бродить, шататься». В этом случае прозвище Палхан могло означать странника или человека, который не живёт на одном месте. Однако версия с чувашским корнем выглядит убедительнее: она объясняет и необычное сочетание звуков, и точное смысловое наполнение, тогда как русский диалектный глагол встречается значительно реже и не даёт такой яркой характеристики.

Географически фамилия тяготеет к регионам бывшего Чувашского края и соседним территориям Среднего Поволжья — Чувашии, Татарстану, Нижегородской и Ульяновской областям. Там же, в метрических книгах и ревизских сказках XIX века, следует искать первые документальные упоминания. Известных носителей фамилии, оставивших заметный след в истории, немного — это объясняется её редкостью и локальным распространением. Сама фамилия при этом сохранилась и бытует, что уже говорит о её устойчивости.