Фамилия Пеарл звучит для русского уха необычно, и это не случайно: её основа — английское нарицательное pearl, то есть «жемчуг». Предок, получивший такое прозвище, скорее всего, имел прямое отношение к этому камню. Самая вероятная версия — ремесло: Пеарлом могли называть ювелира, который работал с жемчугом, или торговца, который им торговал. В средневековой Англии, где фамилии только начинали закрепляться, прозвища по профессии были одним из главных источников родовых имён, так что здесь фамилия следует общей модели, только с необычной для нас основой.

Есть и вторая, менее практичная гипотеза. Прозвище Пеарл могло закрепиться за богатым человеком, который любил носить жемчужные украшения и тем самым выделялся среди окружающих. В те времена жемчуг ценился дороже многих драгоценных камней, и позволить его себе могли лишь очень состоятельные люди. Такое прозвище было бы скорее насмешливым или почтительным, но в любом случае указывало бы на достаток и статус, а не на род занятий.

Словообразовательная модель здесь проста: фамилия совпадает с прозвищем и не имеет русских суффиксов -ов или -ин, которые обычно адаптировали иностранные основы. Это говорит о том, что фамилия либо пришла к нам в готовом виде из англоязычной среды, либо была искусственно перенесена на русскую почву без изменений. В русских документах такая фамилия встречается редко и, как правило, связана с семьями, имевшими иностранные корни или контакты с Западом.

Если сравнивать с однокоренными русскими фамилиями, то прямых аналогов нет: у нас жемчуг дал бы фамилии вроде Жемчужников или Жемчугов, но Пеарл остался в исходном написании. Это делает фамилию уникальной для русского ономастикона и одновременно сложной для этимологического анализа: без обращения к английскому языку её происхождение не разгадать.

Точных сведений о том, когда и как фамилия Пеарл появилась в России, нет. Можно лишь предположить, что носители могли быть потомками британских купцов, мастеров или специалистов, приехавших в нашу страну в разное время. В любом случае, фамилия хранит память о человеке, которого современники ассоциировали с жемчугом — будь то его работа или его привычка носить дорогие украшения.