Фамилия Пергаменщиков — редкий пример профессионального именования, в котором суффикс -щик указывает на человека, занятого определённым ремеслом, а финаль -ов превращает прозвище в наследственное родовое имя. Исходное слово — «пергаменщик», то есть мастер, который выделывал пергамен (пергамент): специально обработанную кожу телят или овец, использовавшуюся для письма до распространения бумаги.

В основе фамилии лежит древнерусское заимствование из греческого «περγαμηνή» (pergamēnē) — по названию города Пергам в Малой Азии, где впервые освоили эту технологию. Пергаменщики были востребованы в монастырских скрипториях, при дворах и в ремесленных слободах, где требовались прочные листы для книг, грамот и документов. Сама фамилия встречается редко: в дореволюционных переписях её носители фиксировались преимущественно в центральных губерниях России и в Сибири, куда ремесленники переселялись с обозом.

Словообразовательная модель Пергаменщиков — типичная для русских фамилий от профессий на -щик: аналогично Кузнецов, Плотников, Печников. Однако основа «пергамен» не крестьянская и не купеческая, а скорее книжно-ремесленная, что указывает на происхождение из среды городских цеховых или церковных мастеров. В отличие от фамилий на -ин, где основа часто оканчивается на -а/-я, суффикс -ов здесь присоединён к полной форме прозвища, что характерно для более поздних, документально закреплённых фамилий XVIII–XIX веков.

Если судить по географии, то в конце XIX века носители фамилии Пергаменщиков встречались в основном в Тверской, Ярославской и Московской губерниях, а также среди старообрядцев Забайкалья, где пергамен ещё долго использовали для богослужебных книг. Версия о возможной связи с еврейским словом «пергамен» (ивр. קלף) маловероятна, так как суффикс -щиков и патронимический формант -ов типичны для русских, а не для еврейских фамилий, у которых чаще встречаются модели на -сон, -ман или -штейн.

Таким образом, фамилия Пергаменщиков прямо говорит о занятии предка: он был ремесленником, делавшим пергамен. Это не искажённая форма и не прозвище по внешности — здесь всё прозрачно, хотя сама профессия к XX веку почти исчезла, уступив место бумаге и печатным станкам.