Фамилия Пермитины — одна из тех русских фамилий, чьё происхождение лежит на поверхности, но при ближайшем рассмотрении открывает любопытные страницы истории освоения Урала и Сибири. Вопреки возможной ассоциации с латинскими корнями, основа здесь исконно русская, географическая. Фамилия образовалась от прозвища Пермитин, которое в старину было синонимом слова «пермяк» и означало жителя Перми и прилегающих к ней земель. Родоначальник рода, стало быть, либо сам был выходцем с берегов Камы, либо получил такое прозвище по месту прежнего жительства.

Сама словообразовательная модель фамилии — суффикс «-ин» при основе «Пермит-» — указывает на принадлежность к древнему пласту русских фамилий, возникших от названий городов и территорий. Такая модель с суффиксом «-итин» (Пермитин, Устюжанин, Москвитин) активно работала в XV–XVI веках на территории Московского государства. В ту пору, когда человек переезжал в другой регион, ему было достаточно сказать, откуда он родом, и за ним закреплялось прозвище, которое затем переходило к детям и внукам уже как фамилия. Не исключено, что прозвище Пермитин мог получить и служилый человек — военный или государственный чиновник, направленный на службу в пермские земли, но основная версия всё же связывает фамилию с переселенцами.

Показательно, что ранние письменные свидетельства о Пермитиных относятся к началу XVII века, и все они сконцентрированы не в самой Перми, а за Уралом, в Верхотурском уезде. Это подтверждает миграционную версию: люди, носившие прозвище Пермитин, уходили дальше на восток, за Каменный Пояс, где и оседали на новых землях. Перепись 1624 года рисует живую картину: посадский человек Лев Пермитин держал собственную лавку на посаде Верхотурья; полковник Василий Пантелеевич Пермитин жил в деревне Николаевского монастыря на реке Туре, а его зять с колоритным именем Гуляй Малахиевич — в соседней деревне крестьянина Василия Чапурина. Уже тогда фамилия не была монолитной: её носили и служилые, и посадские, и крестьяне, что говорит о широком распространении прозвища.

Крестьянская линия рода прослеживается по переписям очень подробно. В 1680 году учтены Иван Максимович Пермитин с сыном Михаилом в деревне Лошкиной, Матвей Денисович Пермитин в деревне Ереминой, а также уроженец Кайгородка Лука Федорович Пермитин с сыном и племянниками, обосновавшийся в деревне Килачевской. Особый интерес представляет род, зафиксированный переписью 1710 года: крестьяне Иван, Дмитрий, Денис и Мелетий Степановичи Пермитины из деревни Шатской и прихода Прокопьевской слободы стали родоначальниками одной из ветвей семьи. Уже через девять лет, по переписи 1719 года, мы видим, как эта ветвь разрастается и дробится: в Шатской живут Павел Мелетиевич Пермитов с сыном Яковом и братом Семеном, а Мелетий и Иван с сыновьями переселяются в деревню Кунарскую.

Кстати, обратим внимание на написание «Пермитов» в документе 1719 года. Это не ошибка писца, а типичное для той эпохи колебание: суффиксы «-ин» и «-ов» в фамилиях от прозвищ на согласный могли взаимозаменяться, пока окончательно не закрепился один из вариантов. В случае с Пермитиными победила форма с «-ин», но следы старого написания остались в архивных листах. К началу XX века фамилия прочно осела в Приуралье и Прикамье. Книга памяти Удмуртии хранит сведения об Алексее Андреевиче Пермитине, родившемся в 1872 году в деревне Шадрино Сарапульского района, и о Семене Степановиче Пермитине (1884 года рождения) из деревни Кулюшево. В Книге памяти Пермской области записан Федос Христофорович Пермитин (1902 года рождения), уроженец села Исаково.

Самым известным носителем фамилии стал советский писатель Ефим Николаевич Пермитин (1895–1971), автор романов «Капкан», «Когти», «Горные орлы». Его творчество во многом питалось впечатлениями от тех самых мест, где столетиями жили его предки. Фамилия Пермитины — наглядный пример того, как географическое прозвище, пройдя через века и тысячи километров, закрепилось за целым родом. Однако стоит помнить, что процесс формирования каждой конкретной семьи мог быть сложнее общей схемы: кто-то из Пермитиных мог получить прозвище не по месту рождения, а по отцу, уже носившему его, а кто-то — по роду службы. Точную родословную каждой ветви можно установить только через кропотливую работу с архивными документами.