Фамилия Пернегудов — один из тех редких случаев, когда основа читается не сразу, а приглядевшись, вызывает вопрос: что за «пернегуд»? Ответ лежит в диалектной лексике северных и центральных губерний России. «Пернегудить» в местных говорах означало «ворчать, брюзжать, говорить невнятно или себе под нос». Человек с таким прозвищем — Пернегуда — скорее всего, был незлобивым ворчуном, которого в деревне знали как вечно недовольного, но безобидного старика или мужика.

Словообразовательная модель здесь классическая для русских фамилий: прозвище + патронимический суффикс -ов. Пернегуда → Пернегудов, то есть «сын Пернегуды». Суффикс -ов указывает на принадлежность к роду, что типично для фамилий, сложившихся в XV–XVII веках у крестьян и посадских людей. Интересно, что основа «перне-» встречается и в других диалектных словах: «пернедь» — вздор, пустяк, «пернос» — каприз. Так что прозвище могло быть ироничным — человека могли назвать так за склонность к пустым разговорам или мелочным придиркам.

Фамилия крайне редкая. В дореволюционных переписях и современных базах она встречается точечно, в основном на севере — в бывшей Вологодской, Архангельской губерниях, а также в Поволжье. Это указывает на то, что фамилия не получила широкого распространения из-за локальности самого прозвища. В отличие от массовых фамилий вроде Кузнецов или Попов, Пернегудов остался «камерным» вариантом, закрепившимся за одним-двумя родами.

В ономастических справочниках эта фамилия не упоминается у классиков — ни у Унбегауна, ни у Веселовского её нет, что говорит о её периферийном характере. Однако именно это и делает её ценной для семейной истории: носители фамилии, скорее всего, происходят из одной небольшой крестьянской общины, где прозвище дали одному предку, а потом оно перешло в фамилию по наследству. Никаких дворянских корней или сложных этимологических загадок — перед нами чисто народное, бытовое имя, которое звучит как живая речь из прошлого.