Фамилия Пильвитер — редкий случай, когда основа читается почти буквально, но за ней стоит не профессия, а прозвище, уходящее корнями в немецкие диалекты. Разберём её по частям: первая половина «пиль» восходит к немецкому Pilz — «гриб». Вторая часть, «витер», скорее всего, искажённое Vater — «отец». В сумме получаем «грибной отец». Звучит странно, но в среде немецких колонистов, переселявшихся в Россию в XVIII–XIX веках, такие прозвища давали за характерную черту: человека могли дразнить за любовь к грибам, за профессию грибника или за то, что он жил в лесистой местности, богатой грибами.

Фамилия оформлена по немецкой модели сложных слов, но с русским суффиксом — нулевым, без типичных русских окончаний -ов или -ин. Это указывает на то, что носители фамилии, скорее всего, происходят из поволжских или причерноморских немецких колоний, где фамилии часто калькировались или записывались на слух. Русские чиновники, фиксируя прозвище, могли не до конца понять его смысл и записать как есть, без перевода. Версия, что «витер» — это немецкое Witter (как вариант фамилии Виттер, от witten — «знать»), маловероятна, так как тогда бы ударение и написание были иными.

Географически фамилия привязана к югу России и Украины, где селились немецкие колонисты. Встречается она крайне редко, что говорит о небольшом роде, не размножившемся широко и не смешавшемся с другими группами. Прозвище «грибной отец» могло закрепиться за сборщиком или торговцем грибами, но с течением времени утратило связь с ремеслом и стало просто фамилией.

По сравнению с однокоренными русскими фамилиями вроде Грибов или Грибков, Пильвитер стоит особняком — это не адаптация, а прямой перенос немецкого прозвища. В словарях Б. Унбегауна и В. Никонова эта фамилия не упоминается из-за редкости, но её структура типична для поздних немецких фамилий в России. Сословно предки, вероятно, были крестьянами или ремесленниками, а не дворянами.