Фамилия Пипченков — одна из тех, где за простым на слух звучанием скрывается неочевидная основа. Разбирать её удобнее всего с конца: суффикс -ов указывает на русскую патронимическую модель («чей?»), а вот корень «Пипченк-» заставляет задуматься. Перед нами не исходная форма, а вторичное образование: фамилия произошла от прозвища или имени Пипченко, которое, в свою очередь, построено по украинской модели с суффиксом -енко («маленький», «сын»). То есть Пипченков — это русифицированный вариант украинской фамилии Пипченко: когда носитель переселился в великорусские губернии, к основе добавили типичный русский суффикс принадлежности.

Главный вопрос — что означает корень «Пип-». Здесь возможны две версии, и одна из них гораздо убедительнее. Первая, лежащая на поверхности: связь с диалектным словом «пипка» — так в южных и западных говорах называли дудку, трубочку, а также небольшой нарост или шишечку. Прозвище Пипка могли дать человеку с заметной особенностью внешности (например, с шишкой на носу) либо мастеру, делавшему дудки или игравшему на них. От Пипки через уменьшительную форму Пипченко и родился Пипченков.

Вторая версия, более редкая, выводит корень от «пип» как звукоподражания цыплятам: в некоторых диалектах кур звали «пип-пип». Тогда Пипченко — это «цыплёнок», то есть прозвище маленького, вертлявого или суетливого человека. Однако эта гипотеза слабее: прозвища от подзываний домашней птицы встречаются, но обычно даются взрослому скорее насмешливо, а суффикс -енко чаще указывает на отчество, чем на прямое уменьшительное. Так что «дудочная» версия выглядит естественнее.

Интересно, что фамилия Пипченков почти не встречается в центральных областях России — её ареал тяготеет к бывшим Слобожанщине и югу Черноземья: Курская, Воронежская, Ростовская области. Это типичная фамилия крестьян, получивших паспортную запись при переписях XIX века, когда украинских по происхождению «Пипченко» записывали уже на русский лад. Сословно предки были, скорее всего, государственными или помещичьими крестьянами, а не дворянами — об этом говорит и модель образования, и отсутствие фамилии в родословных книгах. Фамилия не редкая, но и не массовая: её носители — потомки одного или нескольких локальных родов с юга России, разошедшихся по стране в XX веке.