Фамилия Пирытина — женская форма фамилии Пирытин, и её разбор стоит начать с мужского варианта. Основа «Пирыт» выглядит необычно и сразу вызывает вопросы. В русской ономастике фамилии на -ин чаще всего образуются от основ, оканчивающихся на -а или -я, но здесь мы видим редкий случай, когда основа заканчивается на твёрдый согласный, а суффикс -ин присоединяется напрямую. Это говорит о том, что исходное слово или прозвище звучало как «Пирыта» или «Пирыт».

Самая вероятная версия — происхождение от прозвища «Пирыта», которое могло быть связано с диалектным глаголом «пырять» (бодать, толкать, тыкать). В северных и сибирских говорах «пырять» означало «брыкаться» или «втыкать», а «пыря» — человека с резким, колючим характером, который любит задираться или спорить. Фонетическое изменение «ы» вместо «и» (Пирыта вместо Пыря) — не редкость для старых записей, где гласные в безударной позиции путали. Таким образом, предок-носитель прозвища мог быть сварливым или активным человеком.

Менее вероятна связь с личным именем Пётр через форму «Пирыта» (уменьшительное от Петр). В русских говорах имя Пётр давало производные вроде Петруня, Петряй, но форма «Пирыта» нигде не зафиксирована как стандартная. Если бы это было так, фамилия звучала бы как Петрин или Петров, а не Пирытин. Поэтому версия с прозвищем выглядит правдоподобнее.

Географически фамилия Пирытина встречается крайне редко. По данным современных баз, основные носители сосредоточены в Пермском крае и Удмуртии — регионах, где были сильны северорусские говоры с характерной лексикой. Там слово «пырять» в значении «бодать» использовали активно, что подтверждает связь с местным диалектом.

Социальный контекст: раз фамилия на -ин, а не на -ов, она могла принадлежать крестьянам или посадским людям, а не дворянам. В XVI–XVII веках такие фамилии образовывали от прозвищ отца, и Пирытины, скорее всего, были простыми людьми, получившими фамилию по характерной черте родоначальника. В целом, фамилия редкая, и её носители могут гордиться тем, что сохранили в роду уникальное диалектное слово, почти исчезнувшее из языка.