Фамилия Плюхликов — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка звуковое, а не описательное. В её центре — глагол «плюхнуть» или «плюхать», то есть шлёпнуть, упасть с глухим звуком, бросить что-то мягкое или мокрое. Человек, получивший прозвище Плюхля или Плюхлик, мог быть неуклюжим, часто ронявшим вещи, либо, наоборот, отличаться манерой ходить тяжело, вразвалку, с характерным звуком шагов. В некоторых говорах «плюха» означала также оплеуху или затрещину, так что прозвище могло закрепиться за драчуном или за тем, кто сам часто получал тумаки.

Модель образования проста: основа «плюхлик» (уменьшительно-пренебрежительная форма от плюха) плюс патронимический суффикс -ов. Суффикс -ик в прозвище мог указывать на молодость или небольшой рост носителя — Плюхлик, то есть маленький Плюха. Таким образом, фамилия Плюхликов буквально значит «сын Плюхлика» или «потомок того, кого звали Плюхлик». По суффиксу -ов видно, что фамилия сложилась в центральной или северной части России, где эта модель преобладала, и относится к числу поздних, скорее всего, оформившихся в XVIII–XIX веках при переходе от прозвищ к наследственным фамилиям.

Интересно, что фамилия избежала типичного искажения: могла бы превратиться в Плюхликовский или Плюхликин, но осталась в самой простой форме. Встречается она крайне редко, в основном в нескольких районах Тверской и Псковской областей, что косвенно подтверждает северо-западное происхождение корня «плюх» — он чаще фиксируется в новгородских и псковских говорах. В официальных документах XIX века Плюхликовы числились в основном среди государственных крестьян, то есть лично свободных, но приписанных к общине.

Известных исторических деятелей с этой фамилией нет, что типично для прозвищной фамилии из низовой среды. В современной России Плюхликовых — единицы, и почти все они сосредоточены в тех же областях, где фамилия возникла. Если вы носите эту фамилию, то, скорее всего, ваши предки жили на северо-западе России и получили прозвище за манеру двигаться или за привычку шумно падать — без злого умысла, а скорее с бытовой наблюдательностью.