Фамилия Порядочный — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, звучит как комплимент, но могло иметь иной, более приземлённый смысл. В отличие от массовых фамилий на -ов/-ев, эта образована с помощью суффикса -ый, что характерно для южнорусских и украинских земель (сравните: Толстый, Кривой, Чёрный). В центральной России чаще сказали бы Порядочников, а здесь прозвище просто перешло в фамилию без изменений.

Корень слова — «порядок». В древнерусском языке «порядочный» означало не столько «честный и добропорядочный», сколько «относящийся к порядку, следующий заведённому распорядку». Прозвище Порядочный могли дать человеку аккуратному, домовитому, который любил, чтобы всё лежало на своих местах. Однако есть и другая версия: в говорах «порядочный» иногда употребляли в значении «изрядный, большой» (порядочный кусок, порядочная сумма). В этом случае прозвище могло достаться рослому или полному человеку.

Социальный контекст фамилии неоднозначен. В крестьянской среде прозвища с положительной оценкой встречались реже, чем насмешливые или утилитарные. Если предок был действительно «порядочным» в современном смысле слова, это могло быть уважительное прозвище, данное односельчанами за честность и исполнительность. Встречаемость фамилии крайне низкая: она не входит даже в первые десять тысяч по распространённости в России, что говорит о её локальном происхождении — скорее всего, из одной или нескольких соседних деревень.

Интересно, что фамилия Порядочный могла возникнуть и в среде духовенства. Семинаристам нередко давали фамилии по принципу «говорящих» — Благочестивый, Милосердский, Порядочный. Такой вариант возможен, но менее вероятен: для семинарских фамилий типичнее окончания -ский/-цкий. Тем не менее, исключать его нельзя, особенно если носители фамилии встречаются в бывших церковных приходах.

Сегодня фамилия Порядочный остаётся редкой, и её носители, скорее всего, связаны единым корнем — либо с южнорусскими областями, либо с конкретным селом, откуда пошёл род. Филологический разбор указывает на то, что перед нами не искусственное изобретение, а живое прозвище, закрепившееся за человеком с яркой бытовой чертой.