Фамилия Повалкин — редкий пример того, как одно прозвище может таить в себе сразу три совершенно разные судьбы предка. В основе лежит личное прозвище Повалка, а суффикс -ин указывает на прямую принадлежность: «чей?» — Повалкин, то есть сын, потомок Повалки. Но вот кем был этот самый Повалка — вопрос открытый, и тут возможны три версии.

Самая распространенная трактовка отталкивается от глагола «поваляться». В этом случае Повалкой в деревне называли человека, не склонного к тяжелой работе, любителя подольше полежать на печи. Народная молва закрепляла за таким поведением едкие поговорки: «Лежит лежень до вечера, а поесть нечего», «Лежа пищи не добудешь». Прозвище звучало бы укоризненно, но беззлобно, как констатация факта. Впрочем, у этой же версии есть и смягчающее обстоятельство: лежебокой человека могли счесть и из-за болезни, когда он действительно редко поднимался с постели не по лени, а по немощи.

Однако есть и третья, «профессиональная» версия, которая выглядит не менее правдоподобно. Глагол «повалить» имел и конкретное трудовое значение — свалить дерево. В таком случае Повалкой называли лесоруба, вальщика леса. Это объяснение придает фамилии совсем другой оттенок: вместо ленивого бездельника перед нами предстает работяга, чей труд был тяжел и опасен.

Какая из версий верна для конкретной семьи — сказать трудно, но история сохранила живое свидетельство того, что носители фамилии действительно занимались ремеслом. В Книге памяти Алтайского края записан кузнец Повалкин Кирилл Антонович, родившийся в 1902 году. Этот факт не доказывает происхождение фамилии от ремесла, но показывает, что среди Повалкиных встречались мастера своего дела. Как бы то ни было, фамилия Повалкин — редкий случай, когда прозвище могло описывать и характер, и физическое состояние, и занятие человека, и каждая из этих тропинок ведет в прошлое.