Фамилия Прендота — редкий случай, когда географический и языковой след почти однозначно указывают на происхождение. Носители этой фамилии встречаются в основном на западе Украины, в частности в Ивано-Франковской и Тернопольской областях, а также в соседних регионах Польши. Это сразу задаёт направление поиска: перед нами не типичная русская или белорусская фамилия с суффиксом -ов/-ев, а скорее западнославянская или украинская по модели образования.

Корень «Пренд-» не имеет очевидной славянской этимологии. Наиболее правдоподобная версия связывает его с польским словом «prędki» — быстрый, скорый. В старопольском и диалектах существовала форма «prędota» или «prędota» — так могли назвать человека проворного, торопливого или, наоборот, того, кто вечно спешит и суетится. Окончание «-ота» в польских фамилиях встречается, но нечасто; оно характерно для прозвищ, образованных от прилагательных (ср. «Głuchota» от «głuchy» — глухой). Таким образом, Прендота — это прозвище, закреплённое за конкретным человеком, которое затем перешло в фамилию.

Вторая, менее вероятная версия — связь с румынским или молдавским словом «prind» (ловить, хватать) или «prinde» (схватывать). Но для этого предположения нет убедительных исторических свидетельств: фамилия не фиксируется в румынских или молдавских списках, а её ареал чётко привязан к западноукраинским землям, где исторически было сильное польское влияние. Поэтому версия с польским «prędki» остаётся основной.

Интересная деталь: в польских источниках встречается фамилия Prędota, а украинское «Прендота» — это результат фонетической адаптации: носовой звук «ę» в польском языке перешёл в «ен» в украинском произношении. То есть исходно фамилия звучала как Прендота (с мягким «н»), а на письме закрепилась в современном виде. Это типичный пример того, как одна и та же фамилия меняет написание при переходе из одной языковой среды в другую.

Социальный статус первых носителей, скорее всего, был крестьянским или мещанским. Фамилии с суффиксом -ота не характерны для шляхты; они возникали в среде простых людей как прозвища, которые потом закреплялись за целым родом. Никаких известных исторических личностей с такой фамилией не зафиксировано, что только подтверждает её локальный, народный характер.