Фамилия Придорогин происходит от прозвища Придорога. Так в старину называли человека, чей дом стоял прямо у дороги, на обочине. Это самая прямая и правдоподобная версия: поселился мужик «при дороге» — и пошло прозвище, которое затем закрепилось за его детьми и внуками как фамилия.

Есть и вторая, более мрачная трактовка. Она возводит прозвище к глаголу «придорожничать» — то есть стеречь и грабить проезжих. В этом случае Придорогой могли назвать разбойника, промышлявшего на большой дороге. Версия эта менее вероятна: прозвища по месту жительства встречаются гораздо чаще, чем прозвища по преступному ремеслу, но полностью исключать её нельзя — в народной речи оба смысла могли сосуществовать.

Сама модель образования фамилии проста и типична для русских фамилий: прозвище Придорога + патронимический суффикс -ин. Такая форма указывает на принадлежность: Придорогин — это «сын Придороги», «из рода Придороги». Суффикс -ин обычно присоединялся к основам на -а/-я, что мы и видим в этом случае.

Культурный контекст здесь не менее интересен, чем чистая этимология. В русской традиционной культуре дом и дорога постоянно уподоблялись друг другу. Дорога, ведущая в лес, называлась матица — так же, как главная потолочина в избе. Другое название этой потолочины — брус, и оно тоже служило метафорой дороги в народной загадке: «Лежит брус во всю Русь». Эта взаимная уподобляемость жилья и пути придаёт прозвищу Придорога дополнительную глубину: человек, живущий при дороге, находился как бы на границе между своим, обжитым пространством дома и чужим, опасным пространством пути.

Память о дорожном происхождении поселений сохранилась и в других формах. Селения на пограничных линиях юга России назывались станицами — как память о дорожных станах. При нападениях горцев улицы станиц заставляли повозками, а на ночь селение окружали бричками, воспроизводя схему обычного дорожного стана с поставленными в круг повозками для обороны. Даже пешие нищие, по описаниям, ставили на ночь в круг свои посохи и вешали на них дорожные сумки — тот же архетип. А предания об основании поселений беглыми и странниками, пришельцами-чужаками, распространены и на юге, и на севере России.

Так что фамилия Придорогин, при всей своей кажущейся простоте, несёт в себе целый пласт народных представлений о доме, дороге и границе между ними. Носитель этой фамилии мог быть потомком как обычного крестьянина, чья изба стояла у тракта, так и человека, для которого дорога была местом промысла — но в любом случае его предок жил на виду у путников, на самой границе своего и чужого мира.