Фамилия Придуркоебов — один из тех редких случаев, когда носителю приходится сталкиваться не столько с этимологией, сколько с социальным контекстом. С первого взгляда она кажется оскорбительной, но если отбросить современное значение слова «придурок», перед нами откроется вполне обычная модель образования русских фамилий.

В основе лежит слово «придурок». В диалектах и в старом русском языке оно имело иной смысл, нежели сегодня. «Дурной» — значит не злой или глупый, а «бешеный», «неистовый», «с норовом». «Придурок» — это не «слегка дурак», а, скорее, человек, впадающий в припадки ярости, буйный, неуравновешенный. В некоторых говорах так называли человека, который «придуривается», то есть валяет дурака, притворяется. В любом случае, это было прозвище, даваемое за характер, а не за умственные способности. Второй корень — «еб-» — от глагола «ебать», который в древности не был исключительно матерным, а означал «бить», «сечь», «хлестать». В прозвищах и фамилиях эта основа встречается в значении «тот, кто бьёт» или, в переносном смысле, «тот, кто донимает, изводит».

Фамилия образована по продуктивной модели: основа (прозвище) + суффикс -ов. Суффикс -ев здесь появился по фонетическим причинам: после мягкого согласного «б» пишется не -ов, а -ев. Таким образом, Придуркоебов — буквально «сын Придуркоеба». Само же прозвище Придуркоёб могло означать человека, который «бьёт» или «донимает» буйных, либо, наоборот, того, кто сам «бьётся в придури», то есть в буйстве. Вторая версия правдоподобнее: в русской ономастике «дурак» и его производные часто становились именем-оберегом, которое давали, чтобы отвести зло.

Социальный состав носителей такой фамилии, скорее всего, крестьянский или посадский. Фамилии на -ов/-ев в центральной России закрепились в основном за бывшими крепостными и однодворцами. В дворянской среде подобные основы не встречались. Географически фамилия могла возникнуть в зоне северных или центральных говоров, где слово «придурок» бытовало в своём старом значении.

Сегодня фамилия Придуркоебов встречается крайне редко. Её носители, вероятно, сталкиваются с непониманием, но этимологически в ней нет ничего постыдного: это такой же оберег, как фамилии Дураков, Негодяев или Безобразов. Просто язык изменился, а фамилия осталась.