Фамилия Прияткин — редкий пример того, как за простым, почти ласковым звучанием скрывается двойная история происхождения. В основе лежит прозвище Приятка, а оно, в свою очередь, связано с прилагательным «приятный» — то есть угодный, милый, доставляющий удовольствие. Словарь В. Даля фиксирует это слово именно в таком широком смысле: не только внешняя приятность, но и то, что тешит дух и утешает чувства. Поэтому первая и самая очевидная версия — прозвище давали человеку доброжелательному, открытому, с легким и дружелюбным нравом, с которым окружающим было легко и радостно.

Но есть и второй, менее заметный пласт значения, который уводит нас в церковную лексику. Однокоренное слово «приятник» в старину означало «восприемник от купели» — то есть крестного отца, того, кто принимает ребенка из купели во время таинства крещения. В этом случае Прияткой могли называть не за характер, а по роли в обряде: так в деревне могли закрепить прозвище за человеком, который часто становился крестным или был крестным для многих. Эта версия не отменяет первую, а скорее дополняет её: обе гипотезы правдоподобны, и без письменных источников XVII–XVIII веков трудно сказать, какая из них сработала в конкретной семье.

Сама модель образования фамилии — от прозвища на -ка с помощью патронимического суффикса -ин — одна из самых архаичных и распространенных в русской ономастике. Притяжательная форма «Прияткин» буквально означает «сын Приятки». Такие фамилии массово формировались в XV–XVII веках, когда прозвище отца переходило к детям и закреплялось за родом. Суффикс -ин здесь указывает на основу на -а, что типично для кратких разговорных форм имен и прозвищ: как Ивашка дал Ивашкиных, так и Приятка дал Прияткиных.

Примечательно, что фамилия не получила широкого распространения и осталась довольно редкой. Это говорит о том, что она возникла в локальной среде — скорее всего, в северных или центральных русских землях, где были сильны традиции прозвищных именований. Точное место и время её появления сейчас установить сложно: процесс формирования фамилий растянулся на столетия, а письменные свидетельства о крестьянах и посадских людях сохранились далеко не полностью. Но сама структура фамилии — прозвище плюс суффикс -ин — позволяет уверенно отнести её к древнему пласту русских родовых именований, возникших ещё до петровской эпохи, когда фамилии стали обязательными для всех сословий.

В отличие от многих фамилий, образованных от церковных или княжеских имен, Прияткин сохранил в себе живое народное слово, которое сегодня воспринимается скорее как ласковое обращение. Это делает фамилию своеобразным памятником не письменной, а именно разговорной культуры — той лексики, которой люди пользовались в быту, характеризуя друг друга. И если первая версия о добром нраве предка верна, то фамилия — редкий случай, когда прозвище несло не иронию или насмешку, а искреннее одобрение человека.