Фамилия Птрушин — редкий случай, когда написание расходится с произношением настолько, что бросается в глаза. Первое, что приходит в голову: опечатка, искажение, «испорченный» телефон. Но перед нами не ошибка, а живой пример того, как в фамилиях застывает диалектное или просторечное звучание слова.

Основа здесь — Птруш-. Это не что иное, как фонетический вариант имени Петруш, уменьшительной формы от Пётр. В русских говорах, особенно северных и среднерусских, начальное «пе» в безударной позиции могло редуцироваться до «пь», а затем выпадать вовсе, давая «Птруш» вместо «Петруш». Сравните: в тех же диалектах могли сказать «птух» вместо «петух». Таким образом, Птрушин — это «сын Петруши», то есть потомок человека, которого в быту звали Петрушей, но произносили это имя на местный лад — Птруша.

Суффикс -ин указывает на принадлежность, на типичную модель русских фамилий от основ на -а/-я. Модель образования самая распространённая, но корень — с «выпавшей» гласной — делает фамилию нестандартной. В официальных документах, при переписи, писарь мог записать фамилию так, как услышал, закрепив просторечную форму. Поэтому Птрушины — это те же Петрушины, но с иным, более редким, написанием.

Встречаемость фамилии крайне низкая. Встречается она, по косвенным данным, в центральных и северных областях России, где редукция гласных была сильнее. Сословной принадлежности у фамилии нет: Птрушиным мог быть и крестьянин, и мещанин, и священник — всё зависело от того, как звали предка. Единственное, что можно сказать уверенно: предок носителя этой фамилии был человеком по имени Пётр, а в обиходе его звали Петруша, но на местный манер — Птруша.