Фамилия Распутиков звучит так, будто в ней зашифрован характер или судьба предка, но при ближайшем рассмотрении всё оказывается сложнее и интереснее. В её основе лежит прозвище Распутик, а вот его значение ономасты трактуют по-разному, и каждая версия по-своему правдоподобна.

Самая распространённая трактовка отталкивается от нарицательного «распута». В старых говорах так называли человека безнравственного, непутевого, а также «ни на что не годного, хворого, больного». Казалось бы, логично предположить, что прозвище Распутик закрепилось за кем-то с тяжёлым характером или слабым здоровьем. Однако маловероятно, что родители сознательно наградили бы ребёнка таким именем в насмешку. Скорее здесь сработала обратная логика, хорошо известная этнографам: надеясь вырастить доброго, честного и здорового сына, предки нарекали его Распутиком как оберег. Считалось, что злые духи не позарятся на «непутевого» и не станут ему досаждать, а мальчик, вопреки прозвищу, вырастет именно таким, каким его хотели видеть родители.

Вторая версия связывает прозвище с природным явлением. Распутицей, или распутой, на Руси называли время года, когда дороги становились малопроезжими — период осенних дождей и весенней грязи. В этом случае Распутиком могли прозвать ребёнка, родившегося в самую непролазную пору. Такая привязка к календарю и погоде — частый приём в народных именованиях, поэтому версия выглядит очень жизненной.

Есть и третье, менее очевидное значение: распутой называли развилину дороги, перекрёсток или пересечку путей. Тогда прозвище Распутик указывало бы не на время, а на место — предок мог жить на перепутье, у развилки, и это обстоятельство легко закреплялось за ним в повседневной речи.

Прозвище Распутик оказалось довольно древним. В «Ономастиконе» С.Б. Веселовского зафиксировано однокоренное именование середины XVI века: «Распута Васильев сын Кирьянова, крестьянин, 1560 г., Белоозеро». Это упоминание показывает, что слово активно использовалось в живой речи задолго до того, как фамилии закрепились официально. Так и Распутик из прозвища, которым человека называли в быту, со временем превратилось в фамилию Распутиков, передавшуюся потомкам. Суффикс -ов указывает на принадлежность: «сын Распутика», что типично для русских семейных именований, сложившихся в XVI–XVII веках.