Фамилия Ребезовы — редкий и самобытный памятник славянской культуры, и её происхождение уходит корнями в народные говоры, а не в церковный календарь. В основе фамилии лежит прозвище Ребез, которое, по данным словаря Владимира Даля, в калужских говорах означало «шёлковый обрезок ткани, кромка, полоска, лоскут лентой». Такое слово вполне могло закрепиться за человеком, чьё ремесло было связано с тканями: портным, скорняком или торговцем мануфактурой. Прозвище, данное по роду занятий, было предельно конкретным и понятным окружающим — так Ребез становился узнаваемым в своей среде.

Существует и вторая, менее очевидная версия, которую тоже стоит принять во внимание. Она возводит прозвище к глаголу «ребезить» — то есть «рябить, мельтешить, мелькать». В этом случае прозвище Ребез описывало бы не профессию, а характер: так могли назвать непоседливого, суетливого человека, который постоянно находился в движении. Обе версии имеют право на жизнь, но первая выглядит убедительнее: всё же конкретное указание на ткань в словаре Даля — более осязаемый след, чем переносное значение глагола.

Модель образования фамилии проста и типична для славянской ономастики: к прозвищу Ребез добавился патронимический суффикс -ов, который буквально отвечал на вопрос «чей ты будешь?». Изначально форма Ребезов означала «сын Ребеза», и лишь спустя поколения закрепилась как наследственная фамилия. Интересно, что в форме «Ребезовы» мы видим уже множественное число, которое в русской традиции обозначает весь род или семью целиком — так говорят о династии, а не об одном человеке.

Стоит обратить внимание и на географическую привязку. Упоминание калужских говоров в словаре Даля — не случайная деталь. Она указывает на то, что прозвище Ребез бытовало в южнорусских и центральных регионах, где подобные диалектизмы встречались особенно часто. Это не значит, что все носители фамилии происходят именно из-под Калуги, но даёт исследователям отправную точку для поиска.

Как и в случае со многими прозвищными фамилиями, точное время возникновения Ребезовых установить сложно. Прозвища такого типа активно использовались в XV–XVII веках, когда фамилии только начинали закрепляться среди крестьянства и посадских людей. Однако окончательно говорить о конкретной дате и месте можно лишь после серьёзной работы с архивными документами — переписными книгами, метриками, ревизскими сказками. Фамилия Ребезов — это живая загадка, и каждый новый документ может либо подтвердить одну из версий, либо открыть неожиданный поворот в её истории.