Фамилия Ренсковы образована от прозвища Ренский, и здесь сразу сталкиваются две версии, которые ведут род в разные стороны. Первая и самая распространённая — географическая. Ренским в старину называли выходца с берегов Рейна, реки, которая течёт через Швейцарию, Лихтенштейн, Австрию, Германию, Францию и Нидерланды. В более широком смысле так могли звать и переселенцев из Галиции: в польской и украинской традиции эти земли долго связывали с «немецкой стороной», а слово «ренский» закрепилось как обозначение человека «от Рейна» или «из-за Рейна». Такая модель типична для древнейших славянских прозвищ, которые давались по названию местности, откуда человек пришёл, и не всегда означала буквальное немецкое происхождение — часто так фиксировали дальнюю дорогу предка.

Вторая гипотеза уводит в сторону от географии и опирается на диалектное слово «рень» — так называли мель, возвышение дна в реке или озере, образованное наносом песка и гальки и мешающее судоходству. Если принять эту версию, прозвище Ренский мог получить человек, связанный с рекой: капитан, лоцман или судовладелец, чьё судно часто садилось на мель, либо тот, кто жил у такой отмели и хорошо знал фарватер. Правдоподобность этой версии ниже: слово «рень» встречается редко и локально, тогда как рейнская тема в прозвищах прослеживается шире, но полностью исключать её нельзя — в русских говорах такие корни фиксировались.

Суффикс -ов в форме Ренсков указывает на типичную русскую модель притяжательных фамилий: Ренсков буквально значит «сын Ренского», «из семьи Ренского». Окончание на -ов, а не на -ин, говорит о том, что прозвище отца имело форму прилагательного (Ренский), а не существительного на -а или -я. Это же роднит фамилию с целым пластом однокоренных образований: Ренский, Ренских, Ренкевич, которые встречаются в разных славянских регионах и подтверждают, что основа была живой и распространённой.

Точное время и место возникновения фамилии Ренсковы назвать сложно: фамилии у крестьян и мещан в России закреплялись постепенно, на протяжении XVII–XIX веков, и письменные источники по такой редкой фамилии отрывочны. Можно уверенно сказать лишь то, что перед нами памятник славянской прозвищной традиции, где за бытовым именем человека стоит либо дальняя дорога к Рейну, либо близкое знакомство с речными перекатами. Какая из версий верна для конкретного рода, сегодня без архивных разысканий не установить, но обе они рисуют предка как человека, чья жизнь была связана с водой и дорогой.