Фамилия Рестя — редкий случай, где географический фактор почти наверняка перевешивает все остальные версии. Она явно несёт отпечаток молдавского или румынского влияния, что сразу выделяет её из массы русских фамилий, образованных от прозвищ или крестильных имён. В основе лежит румынское слово „resteu“ (остаток, сдача) или его диалектные варианты, но напрямую прозвищем «Остаток» человека называли редко. Скорее всего, фамилия имеет топонимическое происхождение и связана с молдавским селом Рестя (Răstia) в Оргеевском районе или с одноимёнными хуторами в Бессарабии. Предок, получивший фамилию, мог быть выходцем оттуда — переселенцем, который перебрался в другую местность, и его прозвали «Рестя» по месту прежнего жительства.

Суффикс -я в русской передаче (Рестя, а не Ресте) — показатель адаптации: молдавская основа на -еа или -я перешла в русскую фамилию с мягким окончанием, что типично для фамилий юго-западных регионов Российской империи. По словообразовательной модели это не типичная русская фамилия на -ов или -ин, а скорее застывшая топонимическая форма без дополнительного суффикса, что встречается у фамилий, принесённых в русскую среду из других языков.

Вторая, менее вероятная версия, отсылает к диалектному глаголу «рестеть» (упрямиться, капризничать) в некоторых северных говорах, но для неё нет убедительных доказательств — фамилия почти не встречается за пределами бывшей Бессарабской губернии. Если же предположить редкое прозвище «Рестя» от того же корня, что и «рест» (остаток), то оно могло относиться к младшему сыну в семье или к человеку, который «остался» при каком-то деле.

Носители фамилии Рестя сегодня рассеяны по Молдове, Украине и югу России, но численно их немного. Сословная принадлежность предков неясна — фамилия не даёт подсказок ни на дворянство, ни на крестьянство, но топонимический корень чаще указывает на свободных крестьян или казаков, а не на крепостных.

Главная деталь, которая отличает эту фамилию от десятка других, — её звуковой облик. В русском ухе она воспринимается как нечто инородное, и это не случайно: это не переделанное на русский лад прозвище, а прямой заимствованный топоним, который сохранил свою форму почти без изменений.