Фамилия Роптанов — одна из тех, где значение лежит на поверхности, но не всё так однозначно. На слух она явно связана с глаголом «роптать» — жаловаться, выражать недовольство. Однако вряд ли предка так прозвали за постоянное брюзжание. Скорее всего, прозвище Роптан дали человеку, который в какой-то момент громко и открыто выразил протест или недовольство — возможно, в споре, на сходе или перед начальством. Такие прозвища часто закреплялись за единичным, запоминающимся поступком, а не за чертой характера.

Словообразовательная модель проста: основа «ропт-» (от древнерусского «рьпътати» — роптать) плюс суффикс -ан, типичный для прозвищ (сравните: крикун, ворчун, молчун). Затем к прозвищу Роптан добавился стандартный патронимический суффикс -ов, означающий «сын Роптана». Фамилия, таким образом, относится к самой массовой в России группе — «ов/ев», но с редкой основой. В отличие от фамилий на -ин, которые часто образовывались от женских имён или прозвищ на -а/-я, здесь патроним мужской.

Географически фамилия редкая. По данным современных переписей, Роптановы встречаются в основном в центральной России и Поволжье, но не образуют крупных гнёзд. Это говорит о том, что фамилия не пошла от многочисленного рода, а возникла локально, в одной-двух деревнях. Возможно, в основе лежит не только прозвище, но и искажённое диалектное слово. В некоторых говорах «роптать» означало не просто ворчать, а «глухо шуметь, гудеть» — например, о ветре или воде. Тогда Роптаном могли назвать человека с низким, гулким голосом.

Сравнение с однокоренными фамилиями показывает, что Роптанов — самая распространённая форма. Роптановский, Роптанцев или Роптанин встречаются в единичных случаях. Это дополнительно подтверждает, что основа — именно прозвище, а не топоним или церковное имя. В словарях русских фамилий (например, у Б. Унбегауна) эта фамилия не упоминается отдельно, что неудивительно для редкого варианта. Но её структура полностью укладывается в общую модель: отглагольное прозвище + отчество.

Так что если вы Роптанов, ваши предки, скорее всего, жили в крестьянской среде, и фамилия закрепилась за ними в XIX веке. Она не дворянская и не купеческая — обычная, «мужицкая», но с яркой историей за одним словом.