Фамилия Ротэрмель — редкий пример составной фамилии, целиком собранной из немецких корней. Она образована от прозвища, которое складывается из двух слов: Roter («красный; алый; рыжий») и Mehl («мука»). То есть перед нами не типичная русская модель с суффиксом -ов или -ин, а готовая основа, которая пришла в русский обиход без изменений. Такое написание с «э» после «т» — следствие передачи немецкого произношения, и именно оно делает фамилию легко узнаваемой.

Первая часть прозвища, скорее всего, описывала внешность. Рыжие волосы, румянец во всю щеку — на такие приметы указывали охотно, и слово Roter в прозвище звучало естественно. Вторая часть, Mehl, отсылает к делу, которым человек кормился. Пекарь, мукомол или торговец мукой — все эти занятия в старину были заметны в любом поселении, и прозвище по ремеслу закреплялось за семьей прочно. Сочетание «рыжий да мучник» звучит почти как портрет: человек с яркой внешностью, чья жизнь была связана с хлебом.

Интересно, что обе части прозвища могли относиться и к одному человеку, и к разным: иногда составные прозвища собирались из двух независимых характеристик рода. Но для фамилии Ротэрмель правдоподобнее версия единого прозвища, где цвет волос и занятие дополняли друг друга. Подобные двухкорневые фамилии немецкого происхождения встречаются в России в основном в регионах, куда приглашали колонистов, — Поволжье, Новороссия, окрестности Петербурга. Именно там в XVIII–XIX веках оседали выходцы из немецких земель, и их прозвища постепенно становились фамилиями.

Словообразовательная модель здесь простая: прозвище Ротэрмель перешло в фамилию без каких-либо русских суффиксов, как это часто случалось с иностранными именами и прозвищами. Поэтому фамилия не склоняется по привычной схеме «чей?» — она застыла в исходной форме. Это отличает её от подавляющего большинства русских фамилий и сразу выдает нерусское происхождение рода.

Если искать аналоги, можно вспомнить фамилии вроде Мукосеев или Мукомолов — они тоже построены вокруг муки, но по русской модели. Ротэрмель же сохранила немецкую конструкцию целиком, и в этом её ценность для тех, кто изучает историю семьи: она прямо указывает на предка, который говорил по-немецки и, вероятно, держал пекарню или мельницу. Точных сведений о конкретных носителях фамилии в открытых источниках мало, но сам корень даёт достаточно материала для осторожных выводов о роде занятий и внешности первого Ротэрмеля.