Фамилия Розкаряка — один из тех редких случаев, когда прозвище стало фамилией почти без изменений, без суффиксов -ов, -ин или -ский. Это «застывшая» форма прозвища, типичная для украинской, белорусской и южнорусской традиции, где фамилии нередко оканчиваются на -а, -я и совпадают с нарицательным словом. В данном случае перед нами не имя и не профессия, а яркая характеристика внешности или поведения.

Основа прозвища — глагол «розкарячить» (или «раскорячить»), то есть широко расставить ноги или руки, принять неестественную, неуклюжую позу. В диалектах слово «розкаряка» могло означать человека с кривыми, широко расставленными ногами, неуклюжего, косолапого или просто того, кто ходит вразвалку. Ударение падает на второй слог: розкаря́ка. Прозвище давали не со зла, а по заметной внешней примете — как и многим другим «ходульным» фамилиям вроде Косолапов, Растопыркин или Непряхин.

Словообразовательная модель здесь архаичная. Суффикс -як-/-як- (в форме -яка) в русских и украинских прозвищах часто придавал оттенок грубоватой, бытовой характеристики: Вертяка, Стояка, Гуляка. Розкаряка стоит в том же ряду. По сути, это прозвище-описание, которое закрепилось за основателем рода и перешло к потомкам без дополнительных патронимических суффиксов — такое возможно в среде казачества, однодворцев или крестьян южных областей, где фамилии оформлялись позже и проще.

Географически фамилия редкая, встречается в основном на юге России, в Ростовской области, Краснодарском крае, а также в украинских говорах. В официальных ревизских сказках и метрических книгах XIX века её, скорее всего, могли записывать в искажённом виде — Раскоряка, Розкоряка, — так как грамотность писарей была невысока, а произношение в разных говорах различалось. В современном варианте фамилия сохранила исходную «окающую» огласовку, что указывает на южновеликорусское или украинское происхождение.

Сословная принадлежность носителей фамилии, судя по косвенным данным, была крестьянской или казачьей. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано — слишком бытовое и «неблагозвучное» для того времени прозвище вряд ли могло попасть в гербовник. Однако это не умаляет её ценности как живого свидетельства народной языковой наблюдательности: предок-Розкаряка был, очевидно, человеком заметным, и его походка запомнилась на поколения вперёд.