Фамилия Рыкулин — яркий пример того, как русская фамилия сохранила в себе звукоподражательное прозвище. В её основе лежит древнерусский глагол «рыкать» — реветь, издавать громкий низкий звук, рычать. Так могли прозвать человека с громким голосом, крикливого, властного или того, кто работал с крупным скотом и подавал команды зычным окриком. Прозвище Рыкул (или Рыкула) было нередким в северных и центральных говорах, где «рыкуном» называли и плаксу, и ворчуна.

Модель образования проста: к основе Рыкул- добавился типичный русский суффикс принадлежности -ин, указывающий на «сына» или «потомка». То есть Рыкулин буквально означало «чей?» — сын Рыкула. Такая фамилия закрепилась в крестьянской и посадской среде, где прозвища передавались по наследству, минуя стадию отчества. В документах XVII–XVIII веков можно встретить крестьян Рыкуловых, Рыковых и Рыкулиных — все они от одного корня, но с разными суффиксами.

Интересная деталь: фамилия Рыкулин встречается заметно реже, чем однокоренная Рыков, что говорит о локальном бытовании. Основные очаги — Владимирская, Костромская и Нижегородская области, где «рыкулить» в местных говорах означало «громко плакать» или «кричать». Встречается также вариант Рыкулов, но он менее типичен для русского ономастикона: суффикс -ов чаще присоединялся к основам на твердый согласный, тогда как -ин — к основам на -а, -я, что и подтверждает форма Рыкул-а.

Если верить данным переписей XIX века, Рыкулины в основном числились государственными крестьянами, реже — мещанами. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано, что указывает на её чисто народное происхождение. Спорных версий у фамилии нет: связь с «рыком» бесспорна, а попытки вывести её из тюркских языков не имеют под собой ни фонетических, ни исторических оснований.