Фамилия Салимулины — редкий случай, когда в основе лежит не прозвище и не ремесло, а полное теофорное имя, то есть имя, включающее в себя обращение к Богу. Родоначальника этой фамилии звали Салимулла. Это составное арабское имя, где первая часть «салим» означает «здоровый, невредимый», а вторая — «улла» — восходит к «Аллах». Вопреки распространённому в народе толкованию, «улла» — это не «сын», а именно «Бог». Таким образом, имя Салимулла переводится как «здоровье Бога» или, точнее, «невредимый благодаря Аллаху», а иногда трактуется как «посвящённый Богу».

Нарекая сына таким именем, родители вкладывали в него пожелание крепкого здоровья и благополучной судьбы, отдавая ребёнка под защиту высших сил. Это типичная модель для тюрко-мусульманской традиции, где имена с компонентом «улла» (Габдулла, Убайдулла, Сайфулла) были широко распространены и считались особенно почётными.

Исторические корни фамилии уходят в XV–XVII века, в эпоху, когда после распада Золотой Орды её наследники — татарские, ногайские и другие тюркские роды — активно вливались в состав русского дворянства и служилого сословия. Многие нерусские по происхождению дворяне сохраняли свои родовые имена, которые затем русифицировались. В данном случае к восточной основе Салимулла добавился русский патронимический суффикс -ин, который указывает на принадлежность: Салимулины — это буквально «дети и потомки Салимуллы».

Стоит обратить внимание на написание. Встречается и более краткий вариант — Салимулин, который является прямой русифицированной формой от имени, и вариант Салимулины, подчёркивающий множественность рода. Такая форма с окончанием -ы характерна для обозначения всей семьи или династии в целом.

Сам факт того, что имя сохранилось в почти неизменном виде, а не превратилось в более простое Салимов или Салин, говорит о довольно поздней русификации рода или о его компактном проживании в среде, где сохранялась память об исходном имени. Фамилия Салимулины — это не просто памятник восточной письменности, а живое свидетельство того, как через имя человека переплетались исламская культура, тюркский кочевой мир и русская ономастическая традиция, создавая на стыке культур новые устойчивые формы.