Фамилия Счастьев отвечает на вопрос «чей?» и принадлежит к древнему пласту русских фамилий, образованных от мирских имён. В её основе лежит не церковное, а бытовое имя Счастье, которое давали ребёнку при рождении в дополнение к крестильному. Такие имена-обереги и имена-пожелания были широко распространены на Руси: называя сына Счастьем, родители буквально программировали его судьбу на удачу, благополучие и отсутствие тревог. Считалось, что имя, данное с таким посылом, станет оберегом от горя и невзгод.

Слово «счастье» в древнерусском языке означало не только «удачу, успех», но и «долю, удел, участь». Это важно: называя ребёнка Счастьем, предки вкладывали смысл «достойная доля», «хороший удел». Поэтому фамилию Счастьев можно трактовать как «сын счастливого», «потомок того, кому выпала добрая доля». Приставка «с» в слове «счастье» исторически означала соединение, соучастие — то есть «причастность к хорошей части», к общему благу.

Существует и вторая, менее распространённая версия: фамилия могла закрепиться за взрослым человеком как прозвище. Счастьем в народе могли называть того, у кого «всё спорилось в руках», кто выходил сухим из воды и у кого дела шли ладно. Такое прозвище — знак уважения и лёгкой зависти, своеобразный комплимент от окружающих. В этом случае фамилия перешла бы к детям уже от удачливого предка, а не от новорождённого.

Суффикс -ев в фамилии (а не более частотный -ов) указывает на мягкую основу: Счастье → Счастьев. Это типичная модель для имён, оканчивающихся на мягкий согласный или -е. Формально фамилия могла звучать и как Счастливцев (от прилагательного «счастливый»), но предки выбрали более короткий и ёмкий вариант от существительного.

Точное место и время возникновения фамилии установить сложно: мирские имена активно использовались до XVII века, а фамилии на их основе закреплялись вплоть до XIX столетия. Счастьевы могли появиться в разных регионах России независимо друг от друга — от северных земель до южных, где прозвищные имена были особенно живучи. Однокоренные фамилии (Счастливцев, Счастнев) встречаются в документах, но Счастьев — редкий, почти уникальный вариант, что делает её ценным памятником живой народной лексики.