Фамилия Селедцовы напрямую связана с прозвищем Селедец, которое носил их далекий предок. В основе этого прозвища лежит украинское и белорусское слово «селедець», и здесь кроется неожиданный поворот: так называли не только рыбу, но и длинный чуб на темени бритой головы. В старину такая прическа была отличительным знаком запорожских казаков — достаточно вспомнить знаменитую картину Репина «Запорожцы пишут письмо турецкому султану», где у большинства персонажей начисто выбриты головы, а с макушки свисает длинная прядь.

Словообразовательная модель проста и типична для русских фамилий: к основе Селедец добавили патронимический суффикс -ов, который отвечал на вопрос «чей?» и означал сына или потомка. Так что Селедцов — это буквально «сын Селедца». А вот кем был сам Селедец — вопрос открытый. Возможно, прозвище прилипло к рыбаку или любителю соленой сельди, но куда правдоподобнее выглядит версия о внешности: вряд ли человека дразнили рыбой, если он сам не подавал повода. Чуб же был настолько заметной деталью облика, что легко становился основой для уличного прозвища, которое затем закрепилось за потомками.

Интересно, что фамилия несет в себе след украинского влияния на русскую культуру. В великорусских говорах слово «селедец» в значении «чуб» не использовалось, а вот на юго-западе, в землях бывшей Гетманщины и Белоруссии, оно было в ходу. Поэтому можно предположить, что родоначальник Селедцовых происходил из этих краев либо его предки переселились оттуда на север или восток, сохранив в фамилии память о родине.

Точное время возникновения фамилии установить сложно: процесс формирования русских родовых имен растянулся на несколько столетий, с XVI по XVIII век. Но сам факт, что прозвище пережило века и превратилось в устойчивую фамилию, говорит о том, что предок Селедцовых был человеком заметным, с яркой внешностью или характером.