Фамилия Серобобова — редкий случай, когда исходное прозвище почти наверняка связано не с цветом или характером, а с конкретным ремеслом. Если отбросить суффикс -ов- (указывающий на принадлежность: «чей?» — Серобобов), в основе лежит слово «серобоб». В русских говорах «бобой» называли не только растение, но и мельничный жернов, а «серо» — это не обязательно серый цвет. Скорее всего, речь о «сером бобе» — особом сорте бобов, который мололи на муку. Прозвище Серобоб мог получить мельник, работавший на такой крупе, или крестьянин, сеявший именно этот сорт.

Есть и вторая, менее очевидная версия. В тверских и псковских говорах «бобой» называли толстого, неуклюжего человека, а «серый» часто значило «простой, незнатный». Тогда Серобоб — прозвище невысокого по положению, но коренастого мужика. Однако первая версия надёжнее: фамилии, образованные от названий продуктов и ремёсел, встречаются чаще, чем от внешности, и редко дублируются в разных регионах.

Фамилия Серобобова — женская форма, мужская — Серобобов. Она почти не встречается за пределами Центральной России, и даже в переписях XIX века её носители — это однодворцы и государственные крестьяне из южных уездов Рязанской и Тамбовской губерний. Никакого дворянского корня у неё нет, что подтверждает её «ремесленный» характер: прозвище дали по делу, а не по знатности.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ов- присоединили к прозвищу, которое само по себе было сложным (серо- + боб). Такие конструкции в русских фамилиях редки — обычно они односложные. Поэтому Серобобова стоит в одном ряду с фамилиями вроде Крупеников или Толоконников, где основа указывает на конкретный продукт питания или орудие труда.