Фамилия Шарибзянов — редкий случай, когда основа почти наверняка восходит к арабскому имени Шарибжан, которое в свою очередь составное. Первая часть, «Шариб», — это искажённое в тюркской среде арабское «шариф» (благородный, знатный, потомок пророка). Вторая часть, «жан», — классический иранский компонент, означающий «душа», «жизнь», широко распространённый в тюркских и мусульманских именах (ср. Алмазжан, Рахимжан). Таким образом, исходное личное имя Шарибжан можно перевести как «благородная душа» или «знатный жизнью».

Суффикс «-ов» указывает на русскую модель образования фамилий, характерную для народов Поволжья и Урала, принявших православие или долгое время живших в тесном контакте с русскими. Однако фамилия Шарибзянов почти наверняка принадлежит к татаро-башкирскому ономастикону, где такие патронимы на «-ов» стали нормой ещё в XIX веке. Встречается она преимущественно среди татар и башкир, особенно в западных и центральных районах Башкортостана, а также в татарских общинах Татарстана и Оренбуржья.

С точки зрения словообразования, фамилия прошла через цепочку: личное имя Шарибжан → отчество Шарибзянович/Шарибзяновна → фамилия Шарибзянов. Интересно, что вторая часть имени («жан») в разговорной речи могла редуцироваться до «зан» или «зян», что и закрепилось в написании. Встречаются также варианты Шарибжанов, Шарипзянов — последний особенно показателен, так как выявляет исходную арабскую основу «шариф» через её тюркское произношение «шарип».

Носители фамилии — это, скорее всего, потомки людей, носивших имя Шарибжан. В сословном плане предки могли быть как крестьянами, так и торговцами или духовными лицами — имя «шариф» давало намёк на уважаемое происхождение, но в реальности его давали разным слоям населения. Фамилия не принадлежит к числу широко распространённых, но и не является уникальной: в базах данных переписей и телефонных справочников она фиксируется стабильно, хоть и небольшими группами.

В отличие от фамилий на «-ин» или «-ский», эта модель (тюркская основа + русский суффикс) — яркий маркер культурного пограничья, где исламские имена адаптировались к русской бюрократической системе. Это не просто «сын Шарибжана», а документ эпохи, когда имена переписывались на слух, а суффиксы унифицировались по указу.