Происхождение
Фамилия Шелконог
Фамилия Шелконог — одна из тех, где необычное звучание сразу наталкивает на мысль о прозвище. И это верный путь. В её основе лежит не имя, не профессия, а скорее всего, характерная особенность человека — его походка или строение ног. Разбираем слово по частям: «шелко-» и «-ног». Первая часть — искажённое или диалектное «шёлко», то есть «шёлковый». Вторая часть говорит сама за себя. Получается «шёлконогий» — человек с мягкой, плавной, как бы стелющейся походкой. В русских говорах так могли сказать о том, кто ходит бесшумно, крадучись, или, наоборот, о человеке с изнеженной, «барской» походкой. Слово «шёлк» в прозвищах нередко указывало на что-то гладкое, лёгкое, приятное на вид.
Фамилия образована по типичной для восточнославянских фамилий модели: прозвище, оканчивающееся на -о, просто перешло в разряд фамилий без дополнительного суффикса. Сравните: Шеломов, Шелестов, Шелковников. Здесь же — усечённая основа, что встречается реже и придаёт фамилии особую «короткую» выразительность. Ударение, скорее всего, падает на последний слог: Шелконо́г.
Достоверных сведений о географическом распространении фамилии в старых писцовых книгах мало, но по косвенным данным, она могла возникнуть в северных или центральных областях России, где диалектное произношение допускало замену «ё» на «е» и где бытовала традиция давать прозвища по походке. Встречаются варианты написания: Шелконогов, Шелконожкин, Шелконожко. Последний вариант, с суффиксом -ко, характерен для украинской или южнорусской традиции. Сословной принадлежности фамилия не раскрывает — прозвище могли дать и крестьянину, и ремесленнику, и даже мелкому помещику, если тот отличался особой манерой ходить.
Есть и другая, менее правдоподобная версия: связь с тюркским словом «шелк» в значении «шёлк» и русским «нога». В этом случае прозвище могло означать «человек в шёлковых штанах» или «тот, кто носит шёлковые чулки». Такое прозвище давали бы зажиточному или щеголеватому человеку. Но первая версия — о походке — проще и естественнее для русской антропонимии, где внешние признаки и повадки были главным источником прозвищ.