Фамилия Шелободин — яркий пример того, как прозвище, данное по внешности или характеру, закрепилось в роду и превратилось в наследственное имя. В её основе лежит диалектное слово «шелобод» или «шелобода», которое в русских говорах означало «растрёпа», «неряха», «неопрятный человек». Корень здесь тот же, что и в слове «шелуха» — то есть нечто нечистое, отслоившееся, негодное. Прозвище Шелобод могли дать человеку, который ходил нечесаным, в рваной или грязной одежде, либо тому, кто отличался разгильдяйством в делах.

Словообразовательная модель проста и типична для русских фамилий: к основе «Шелобод-» добавился патронимический суффикс «-ин», указывающий на принадлежность. Шелободин буквально означает «сын Шелобода» или «потомок Шелобода». Суффикс «-ин» в фамилиях обычно присоединялся к основам, оканчивающимся на -а или согласный, и был особенно распространён в северных и центральных губерниях России, а также в Сибири. Это отличает фамилию от более южных вариантов с суффиксом «-ов» (Шелободов), который тоже встречается, но реже.

Интересно, что слово «шелобод» не вошло в литературный язык и не сохранилось в современных словарях — это чисто народное, диалектное прозвище. Оно могло бытовать в Вологодской, Архангельской или Пермской губерниях, где подобные «бытовые» прозвища были особенно живучи. В некоторых говорах «шелободом» называли также болтуна или пустомелю, так что не исключено, что прозвище относилось не столько к внешнему виду, сколько к манере речи и поведения.

Встречается и другой, менее правдоподобный вариант толкования: связь с тюркским словом «шелоб» (красивый, видный) или с арабским «шалаб» (поток, река). Однако для русской фамилии, зафиксированной в центральных и северных регионах, такое заимствование маловероятно — гораздо логичнее объяснение из живого русского говора, тем более что слово «шелободить» (мешать, путать, болтаться без дела) тоже существует в диалектах.

Фамилия Шелободин не относится к числу дворянских или знатных — её носителями были, скорее всего, крестьяне, ремесленники или посадские люди. В переписных книгах XVII–XVIII веков такие прозвища часто фиксировались как второе, неофициальное имя, а затем переходили в фамилию при введении обязательных паспортов в XIX веке. Сегодня фамилия встречается нечасто, но сохранилась в основном на Урале и в Сибири — регионах, куда переселялись крестьяне из северных губерний.