Фамилия Шребин — редкая, и её происхождение не лежит на поверхности. В ней нет привычного для русских фамилий суффикса -ов или -ин, образованного от имени или прозвища на -а/-я (как Иванов или Пушкин). Скорее всего, перед нами пример фамилии, возникшей на стыке двух культур: еврейской и восточнославянской.

Наиболее вероятная версия связывает фамилию с идишем или немецким языком. Основа «шреб» или «шребен» может восходить к идишскому «שרײַבן» (шрайбн) — «писать». В таком случае Шребин — это «писарь» или «переписчик». В черте оседлости, где еврейское население часто занималось ремёслами и торговлей, писарь (софер) был уважаемой профессией: он переписывал свитки Торы, составлял документы. Суффикс -ин в данном случае не обязательно указывает на принадлежность («чей?»), а мог быть русифицированным окончанием, добавленным при адаптации фамилии в документах Российской империи. То есть исходное прозвище «Шрайбер» (писарь) превратилось в Шребин под влиянием местной словообразовательной модели.

Есть и другая, менее вероятная гипотеза. Фамилия могла возникнуть от немецкого слова «Schreber» — так в южных землях Германии называли садовода или огородника, особенно того, кто возделывал маленькие участки (знаменитые «шребер-гартены»). Однако для восточноевропейского ареала эта версия слабее: фамилии на -ин от немецких корней встречаются реже, чем от идишских.

Географически фамилия Шребин встречается в основном на территории бывшей черты оседлости: в Беларуси, на Украине, в западных областях России. В современной России она крайне редка. Искать её носителей стоит среди потомков кантонистов, мещан или ремесленников конца XIX — начала XX века. Фамилия не дворянская и не крестьянская в классическом смысле — её социальный фон — это местечковое еврейское население, которое массово получало фамилии в ходе переписей и реформ 1804–1850 годов.

Если сравнивать с однокоренными, то фамилия Шребин стоит в одном ряду с более частыми Шрайбер, Шрайбман, Шрайбштейн. Все они — от одного корня, но различаются суффиксами: «-ман» (человек), «-штейн» (камень, часто декоративный элемент), а «-ин» — самый редкий и характерный именно для русификации. Таким образом, Шребин — не случайное искажение, а осмысленная адаптация прозвища писца, закрепившаяся в документах.