Фамилия Скоробач звучит как загадка: в ней нет привычного гладкого суффикса -ов или -ин, а вместо этого — резкое, рубленое -ач. Именно этот суффикс и задаёт тон всей истории. В славянской традиции -ач часто указывал на деятеля, на человека, которого характеризовали по его занятию или повадке (вспомните: ткач, трубач, силач). Но в данном случае он прикрепился не к глаголу, а к прозвищу, и получилось имя, которое скорее говорит о свойствах характера или ремесле родоначальника, чем о его родстве с конкретным отцом.

Основа фамилии — прозвище Скороб, и тут открывается простор для двух основных версий. Первая отсылает к глаголу «скоробить». В «Толковом словаре живого великорусского языка» Владимира Даля это слово означает «коробить или гнуть, сводить, вести, драть, вертеть». Если следовать этой версии, то Скоробом могли прозвать человека с крутым, неуживчивым нравом, которого «поводит» из стороны в сторону, либо того, кто вечно недоволен и словно «гнёт свою линию». Менее лестное, но очень живое прозвище для деревенского жителя.

Вторая версия более приземлённая и, пожалуй, более правдоподобная. Во многих русских говорах словом «скороб» называли короб — плетёный сундук или ящик для добра. В этом случае прозвище Скороб закреплялось за человеком не случайно: либо он сам плёл такие короба и торговал ими, либо был настолько неразлучен со своим товаром, что окружающие перестали звать его по имени. Но и на этом история не заканчивается. Скоробом могли величать и бродячего торговца мануфактурой и галантереей — тем, кто носил с собой ткани, книги, бижутерию в тех самых коробах. Так прозвище из простого указания на предмет превращалось в обозначение профессии, а затем и в фамилию.

Интересно, что фамилия Скоробач не попала в общий поток фамилий на -ов/-ев, которые в России получали большинство крестьян и мещан. Суффикс -ач здесь работает как уменьшительно-усилительный или отчественный, и он характерен скорее для юго-западных земель — Украины и Белоруссии, где такие формы были обычным делом. Поэтому можно предположить, что корни рода стоит искать не в центральной России, а ближе к западным говорам, где слово «скороб» и его производные звучали естественно.

Как именно прозвище Скороб превратилось в фамилию Скоробач, сказать сложно. Возможно, сначала оно закрепилось за сыном как «Скоробач» — то есть «сын Скороба», а затем перешло на всё потомство. В любом случае, перед нами редкий пример фамилии, где ремесло, характер и региональная языковая особенность слились в одном слове, которое сегодня звучит как отличительный знак целого рода.