Фамилия Смазчикова — женская форма от мужской Смазчиков, и её разумнее всего разбирать через мужской вариант, так как именно он указывает на занятие предка. Основа здесь прозрачна: «смазчик». В XIX — начале XX века это была конкретная рабочая профессия. Смазчиком называли человека, который обслуживал механизмы: смазывал колёса, оси вагонов, детали паровых машин. На железной дороге, на фабриках, на водяных мельницах — везде, где были трущиеся части, требовался смазчик. Фамилия, таким образом, не прозвищная, а скорее «должностная» или ремесленная: её могли дать либо самому мастеру, либо, что вероятнее, его сыну по месту работы отца.

Суффикс -ов- в фамилии Смазчиков — притяжательный, указывающий на принадлежность: «сын смазчика». Модель образования типична для русских фамилий, возникших из названий профессий в эпоху, когда сословные перегородки стали размываться, а крестьяне и мещане получали фамилии по роду занятий. Интересна здесь не столько основа, сколько суффикс -чик-, который в русском языке обозначает деятеля (сравните: «лётчик», «переводчик»). В фамилии он сохранился целиком, без усечения, что говорит о сравнительно позднем оформлении — скорее всего, в середине или конце XIX века, когда слово «смазчик» уже устоялось в языке.

Географически фамилия Смазчиков тяготеет к регионам, где была развита промышленность или транспорт. Чаще всего она встречается в центральных областях России, на Урале и в Поволжье — в местах, где проходили железные дороги или работали крупные заводы. В дореволюционных переписях её носители, скорее всего, были из мещан или рабочих, но не из крестьян-земледельцев: профессия смазчика была городской или пристанционной.

Если сравнивать Смазчикова с однокоренными фамилиями, например, Смазнов или Смазин, то разница в суффиксе сразу бросается в глаза. Смазнов могло произойти от прозвища «Смазной» (хитрый, скользкий человек), а Смазин — от уменьшительного имени Смазя. Смазчиков же лишён двусмысленности: его корень — не качество характера, а конкретное рабочее место. Это редкий случай, когда фамилия почти без вариантов трактовки прямо сообщает: предок был человеком дела, а не прозвища.