Фамилия Снохиновская — редкий случай, когда в основе лежит не имя, не профессия и не географическое название, а семейно-бытовое прозвище, точнее — свойство родства. Разбираем её по косточкам.

Корень здесь — «сноха», то есть жена сына, невестка. В русских говорах слово «сноха» имело и более широкий, порой пренебрежительный оттенок: так могли назвать женщину, которая пришла в дом со стороны, или, в переносном смысле, — сварливую, себе на уме особу. Но в основе фамилии, скорее всего, лежит не личное качество, а положение: Сноха — это прозвище женщины, а Снохин — её мужа или сына. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — снохин, то есть относящийся к снохе. Так могли назвать ребёнка, оставшегося на попечении невестки, или мужчину, который жил в доме родителей жены (примака) и тем самым «ходил в снохах».

Сама фамилия образована по польско-украинской модели с суффиксом -овский/-евский, который в восточнославянской ономастике чаще всего указывает на дворянское или шляхетское происхождение, но в XIX веке стал массово использоваться и крестьянами при переходе от отчества к фамилии, особенно на землях бывшей Речи Посполитой. Снохиновский — значит «происходящий от Снохина» (сына или внука Снохи). В русской традиции фамилия выглядела бы как Снохин, но окончание -овский выдает западное влияние: скорее всего, предки жили на территории современной Беларуси, Украины или западных областей России (Смоленщина, Брянщина), где такие формы были нормой.

Интересно, что фамилия эта — не «женская» и не «обидная». В крестьянской среде прозвища по родству (Деверёв, Золовкин, Снохин) были обычным делом: они фиксировали реальное положение человека в большой семье, где все друг друга знали по роли, а не по имени. Снохиновский — это не «сын снохи», а скорее «потомок того, кого называли Снохой» или «выходец из дома Снохиных». Встречается фамилия крайне редко, в основном в архивных записях XIX века по Волынской и Минской губерниям. Сегодняшние носители, скорее всего, потомки тех самых западных крестьян, чья фамилия сохранила память о семейном укладе, где невестка была не просто членом семьи, а отдельной «единицей прозвища».