Фамилия Соловцев — наглядный пример того, как в русском именослове закрепилась профессиональная принадлежность. Основа здесь прозрачна: «соловей». Но суффикс -ев- указывает не на прямое обладание (как в Соловьёв), а на более сложные словообразовательные отношения. Соловцев — это не «чей-то соловей», а скорее «тот, кто имеет отношение к соловью» или «сын Соловца».

Ключ к пониманию — в модели с суффиксом -ец. Соловец — так в старину могли прозвать человека, который ловил соловьев или торговал ими. Певчие птицы были ходовым товаром: их держали в домах для услады слуха, а искусных ловцов называли соловейниками или, в уменьшительно-прозвищной форме, соловцами. От этого прозвища и пошла фамилия: Соловец → Соловцев (сын Соловца). Аналогов в языке много: Кузнецов (от Кузнец), Певцов (от Певец), Стрельцов (от Стрелец). Связка «прозвище на -ец + отчество на -ов» — один из продуктивных путей образования русских фамилий.

Менее вероятная, но допустимая версия — связь не с птицей, а с географическим названием. В России есть несколько мелких речек и урочищ с корнем «солов-», но конкретного топонима «Соловец» (кроме знаменитого Соловецкого монастыря, но там форма другая) для этой фамилии не прослеживается. Поэтому версия с ловцом соловьев остается основной и наиболее логичной.

Фамилия встречается в разных регионах, но заметно чаще — в бывших вотчинах и поместьях центральной России, где охота на певчих птиц была распространенным промыслом. В документах XVII–XVIII веков можно встретить крестьян и посадских людей с такой фамилией, что говорит о ее демократичном происхождении — она не дворянская по корню, а народная, ремесленная. В отличие от более распространённой фамилии Соловьёв, Соловцев сохранила в себе указание не просто на птицу, а на конкретного человека по прозвищу, что делает её более индивидуальной.