Фамилия Соложенцев образована от прозвища Соложенец, и её корень уходит в мир древнерусских занятий и быта. Скорее всего, прозвище относилось к «профессиональным» именованиям и указывало на род деятельности человека. Этимологически оно связано со словом «солодуха» — так называли тесто с солодом, опару. Логично предположить, что Соложенцем называли того, кто умело готовил изделия из солодухи, — такое мастерство в крестьянском быту ценилось и бросалось в глаза, а потому легко закреплялось за человеком в качестве прозвища.

Но есть и другие версии. Прозвище могло прилипнуть и по внешнему виду: солодуха — сытное, тяжёлое кушанье, поэтому Соложенцем иногда дразнили полного, дородного человека. Не исключено, что основа здесь — слово «солод» в его прямом значении. Солод — это пророщенное и высушенное зерно, главный ингредиент для пива и браги. Отсюда шаг до прозвища винокура, виноторговца или просто любителя хмельных напитков. В народной речи за таким человеком закреплялось имя по его пристрастию, а не по ремеслу.

Интересно, что слово «солод» породило и переносные значения. В говорах «солодить» значило не только сластить, но и сплетничать, пустословить. Поэтому Соложенцем могли прозвать болтуна, сплетника или праздного человека, который точит лясы, вместо того чтобы работать. Эта версия менее очевидна, чем «профессиональная», но она объясняет, почему прозвище встречалось у людей разного достатка и занятий.

Сама модель фамилии проста и типична для русского ономастикона. Суффикс -ец в основе Соложенец указывал на носителя признака или действия, а патронимический суффикс -ев добавился по правилам: потомок Соложенца становился Соложенцевым. Так за человеком, а затем и за его детьми закреплялось семейное имя. Фамилия редкая, и в дореволюционных документах её носители встречаются в основном в центральных и южных губерниях России, где солод и солодуха были привычной частью хозяйства.